А надо ли жениться?
На днях учебный театр Тюменского института культуры представил на суд зрителей новый спектакль «Женитьба». В основе постановки, созданной силами студентов 3 курса режиссуры театра, этюды-импровизации по одноименной пьесе Гоголя.

Сцена из спектакля «Женитьба».
Создатели спектакля обобщили «Женитьбу», выдернули из неё несколько фраз, акцентировали, адаптировали под свой мир и свои задачи, но сделали это (что важно!) без противоречий с самим текстом. То есть, оставив от Гоголя в общем и целом рожки да ножки (если судить по количеству текста в спектакле), поставили всё же именно Гоголя. Просто… А кто нам сказал, что эта история обязательно должна быть смешной?
Главных героев нет — и «Подколесин», и «Агафья Тихоновна» — обобщенные, коллективные. От Гоголя здесь — разность, автономность мужского и женского миров, где всё начинается (и здесь уже трактовка театра) с невинных увлекательных игр в подглядывания, брызгалки и покатушки на велике, через первый «тот самый» интерес и упирается в неизбежность взросления, как его понимают «старшие», прошедшие, видимо, тот же путь.
Герои не хотят по-взрослому. Слыша безапелляционное «надо жениться!», стараются что-то разглядеть, понять, узнать: единственный(ая) — кто это? Он (она) вообще есть? Это — ты? А если не ты, то кто? Их чувства и предчувствия — хрупкие, уязвимые, беззащитные, как мотылёк из песни барда Елены Фроловой на стихи Иосифа Бродского, звучащей в спектакле. Нежность, обнажённость от потери и первой обиды сменяется гаданием на трефового короля; здесь снова бросок от детской игры под одеялом до настоящего ведьминого танца, а от него — до страшного нутряного ужаса — «только не злой муж!» — через воспоминания о деспотичном отце (всё — по Гоголю, ни слова мимо). И вот уже девичья компания кричит на разные оттенки отчаяния: «Попросите обождать!», обращаясь не столько к тем, кто за дверями, сколько к времени и жизни.
Условный «Подколесин» в финале, застёгнутый на все пуговицы, не просит обождать, понимая — бесполезно. Он — исключительно по Гоголю — сбегает от большого тяжелого стола, за которым собрались «старшие», всё решившие за него. Правда, из-за самой его фигуры, освещенной ярким светом, из-за общего настроения спектакля, «вышел в окно» читается едва ли не однозначно.
Здесь нет примет времени, антуража, декораций — всё сыграно в чёрных костюмах на чёрной сцене (точнее, в чёрной комнате). Кое-где концепция не сходится (сцена со столом выглядит немного отдельной от всего остального, там появляются какие-то совсем новые темы), но опять же — это этюды, моменты осмысления и переосмысления, собранные в историю, мозаичность тут предполагалась изначально. Можно сказать, что показанное — наивно (хотя скорее интимно), но особенность этой истории в том, что она созвучна её исполнителям — юным, красивым, подвижным и, что важно, понимающим произносимый текст. Это их история, рассказанная максимально правдиво, на пределе, почти полностью — через физику. Это их игра. Кстати, на самом деле игра — вот и финальную драматическую мизансцену нарушает один из актёров, поливающий своих собратьев из брызгалки. А то чего они такие серьёзные? Потому что всё — «непоправде», ещё можно обождать, ещё есть время. А вот это всё со столом и «надо!» — показалось. Мотылёк, мотылёк…
Марина Жабровец, профессор кафедры режиссуры ТГИК, постановщик спектакля, руководитель курса:
— Как известно, чтобы помочь в постановке пьесы, Николай Гоголь предварил текст своего «Ревизора» замечаниями «для господ актёров». Мы делаем то же самое для господ зрителей. В основе пьесы «Женитьба» — анекдот о сбежавшем женихе. Есть нерешительная невеста, при ней, как полагается, сваха, женихи, и среди них — Подколесин, который тоже не уверен, стоит ли ему жениться. Его приятель Кочкарев всячески пытается устроить их свадьбу. В итоге всё складывается удачно: все согласны, гости ждут в церкви, невеста в подвенечном платье, а жених… вдруг выпрыгивает в окошко.
Мы задумались, а так ли уж смешны сомнения молодых людей накануне женитьбы? Попытка освободиться от шлейфа предыдущих толкований пьесы привела нас к сочинению своих эскизов-вариаций на тему «Женитьбы» и соединению их в достаточно вольную композицию. Она лишь в узловых моментах связана с первоисточником, не зависит от определённой эпохи и быта.
В нашем спектакле нет главных героев. Не стоит гадать, кто из студентов играет Агафью Тихоновну, Подколесина, Кочкарева, сваху… Все играют всех. Каждая роль, каждое событие пьесы — это возможность примерить на себя мысли и поступки героев, не потеряв своего «Я».

















Все комментарии проходят модерацию.
Причины, по которым комментарий удалят: