Старинное здание

Дом этот построен в середине XIX века. Он находится на перекрестке нынешних улиц Советской и Дзержинского. «Полутораэтажное на цокольном этаже здание с П-образной конфигурацией бросается в глаза в первую очередь наличием большого мезонина с широким балконом. Балкон поддерживается двумя кронштейнами и несет, кроме того, колонны, антаблемент и крышу с треугольным «разорванным» фронтоном. Декоративное обрамление фасадов также интересно — рустовка углов, рамочные мелкопрофилированные обрамления окон, межоконные фигурные филенки, пояски, широкий фриз с подкарнизными кронштейнами. Венчающий карниз парапет из балясин и круглые вазоны на постаментах придают дому особый шарм» (Е.М. Козлова-Афанасьева, «Архитектурное наследие Тюменской области»).

Отличительной особенностью здания являлась композиция мезонинного типа и характер обработки деревянных фасадов, оштукатуренных «под камень». Дом был деревянным до реставрационных работ, когда по проекту архитектора Г.М. Дубоноса несущие стены были заменены на кирпичные.

В советское время здесь размещались станция юных техников, трест коммунального хозяйства, управление охотничьими ресурсами. Теперь здесь ресторан. В целом интерьеры заведения хороши, имеются даже уголки, обставленные в старинном духе. Но ничего в нем не говорит об истории дома, о том, кто жил и работал в нем в стародавние времена. А ведь это может стать интересно не только тюменцам и гостям нашего города, но и самим владельцам ресторана.

Здание на улице Дзержинского, 26 принято на охрану 30 марта 1987 года, а 5 февраля 2016 года оно зарегистрировано как объект культурного наследия регионального значения «Дом мещанина М.Е. Дементьева».

Патриарх пароходства

Михаила Ефимовича Дементьева (1860 — 1929) называют патриархом тюменского пароходства. Родился он в Екатеринбургском уезде в семье фабричного ткача. В ранние годы с семьей переехал в Тюмень.

На наш взгляд, никто так ярко, ясно и лаконично не описал основные, поворотные вехи биографии Михаила Дементьева, как Владислав Петрович Крапивин в повести «Семь фунтов брамсельного ветра». Процитируем:

«Оно ведь надо же как получается… как пересекаются человеческие линии. Я мимо того дома ходил множество раз, приглядывался. Потому что было это связано с моей работой, можно сказать, крепкими смолеными нитками. Дело в том, что на «Сибири» пошел в плавание молодой матрос, мальчишка вроде меня, Миша Дементьев… Мне рассказывала про него опять же хозяйка моя Елена Васильевна… Был этот парнишка сын ткача, который потом по старости да по слабости здоровья работал сторожем. Сперва в Тюмени, потом перебрался в Екатеринбург, есть там такая окраина, называется Уктус. Миша поехал с ним, с матерью у них были какие-то нелады… Ну и хлебнул бедняцкой жизни, как говорят, под завязку. Подмастерьем был на фабрике, свиней пас на Уктусских холмах, отцу помогал сторожить… Однако же просто так по течению плыть не хотел, старался учиться, читал запоем, хозяйские дочки снабжали его книжками… А потом перебрался обратно в Тюмень, к матери, затем в Ялуторовск. Стал служащим пароходной конторы. Потому что отчаянно тянули его к себе вода и пароходы. И хотелось в дальние края… Я этого парня ох как понимаю… И вот узнал Михаил, что набираются матросы на шхуну «Сибирь». В основном-то был там экипаж из прибалтийцев, в наших краях специалистов по парусам не богато. Но Михаила взяли, хотя он в ту пору в парусном деле тоже понимал не шибко… Ну и пошел тюменский паренек морским путем в Европу. И дошел…»

Стоит сказать, что упомянутое выше плавание вошло в историю как выдающаяся экспедиция в освоении Северного морского пути из Сибири в Европу. В «Записках Западно-Сибирского отдела Императорского Русского Географического общества» сказано, что «Северный рукав Оби открыт для плавания г. Далем, который в 1878 г. провел здесь «Луизу» и «Сибирь». Открытие этого русла считается выдающимся событием в навигации 1878 г.».

Сам Михаил Дементьев оставил после себя автобиографию, в которой описывал в частности и этот поход. Обратимся к некоторым ее строкам: «Весь экипаж — латыши и пруссаки, русский я был один. Вся экспедиция была под управлением директора штурманского училища Даля. Грузились мы в Самарово салом и 22 августа 1878 года вышли под буксиром парохода «Союз». С нами же шел пароход «Луиза», пришедший из Англии в предыдущем году. После «Союза» он буксировал «Сибирь»…

Шли день и ночь при боковом ветре. Подошли к Белому острову. Стали пробиваться к проливу Маточкин Шар, но встречали все более густые льды. Держали курс на Карские ворота, которые проплыли в ночь на 30 сентября и вышли в Северный Ледовитый океан, где нас более недели чертовски трепало, выломало фальшборты. А там наступил штиль. Болтались, вышла пресная вода. Стало тепло, пошел дождь. Мы набрали воды в парус, слили в баки. При благоприятном ветре благополучно пришли к Темзе. 24 октября вошли в Лондон, в док Мильвок, где, отгрузившись, перешли в драйдок».

После этого карьера Дементьева пошла в гору. В 1879-1882 годах он работал на судостроительной верфи в Тюмени, служил помощником капитана на пароходе «Полезный». С 1885 года он заведующий пристанью, а еще через некоторое время Дементьев стал уже управляющим торгового дома «Корнилов и наследники». В 1912- 1914 годах Дементьев возглавил «Западно-Сибирское товарищество пароходства и торговли», появившееся в результате слияния трех крупнейших пароходных компаний и сразу ставшее одним из крупнейших акционерных обществ в Сибири. Под руководством Дементьева построены пароходы «Иван Корнилов», «Алексей», баржи «Шилка», «Правда».

Помимо прочего М.Е. Дементьев был совладельцем чугунолитейного завода Н.Д. Машарова, дрожжевого завода Тартаковского. Он ухитрялся занимать и высокие посты на общественном поприще — был, например, членом правления Тюменского общества взаимного от огня страхования, директором Общественного банка, гласным городской думы…

Михаил Ефимович Дементьев с женой Глафирой Григорьевной.

Был Михаил Ефимович и примерным семьянином. В общей сложности у него родилось 10 детей. Для нужд такой огромной семьи в 1907 году им и был приобретен просторный дом на углу Садовой и Серебряковской улиц.

После революции, когда недвижимость Дементьева была национализирована, ему долгое время приходилось жить на съемных квартирах. Бедность вернулась к нему. Какое-то время он работал в пароходствах Омска и Тобольска, а в 1925 году вернулся в Тюмень. Он умер 8 января 1929 года. Похоронен на Затюменском кладбище.

Военный лекарь

А еще ранее в доме на углу Садовой и Серебряковской жил военный врач Павел Григорьевич Катаев. Нам бы так и не удалось найти полезной информации о биографии лекаря, если б не работа Ю. Зотина «Биографические очерки врачевателей Тюмени», за что мы отдельно благодарны ее автору.

Итак, по данным Ю. Зотина, П.Г. Катаев, окончивший в 1874 г. Санкт-Петербургскую медико-хирургическую академию, прибыл в Тюмень 15 июля 1879 года. Он был переведен из Омска и назначен сначала младшим, а 7 февраля 1880 г. и старшим врачом тюменского лазарета. А с 29 октября 1879 года он работал врачом Александровского реального училища. Неполных 28 лет он проработал в Тюмени — и в лазарете, и в училище. Помимо этого принимал пациентов на дому. В Памятной книжке губернии за 1884 год он упоминается в чине надворного советника, а со 2 февраля 1886 года становится коллежским советником. Помимо этого он был членом попечительского совета Александровского родильного дома, кандидатом в гласные городской думы и членом сразу нескольких городских общественных комиссий.

В январе 1887 года в департамент полиции попала анонимка, в которой бичевались нравы жителей Тюмени. И в этой анонимке была фраза: «Доктор училища Катаев живет открыто с украденною им женою от директора Омской учительской семинарии Воденникова».

Помощник начальника Тобольского жандармского управления ротмистр Исполатов тщательно расследовал все донесения, бывшие в той анонимке. Чуть позже, в мае 1887 года, он рапортовал: «…В отношении же указанного в письме сожительства доктора местного военного лазарета г. Катаева с женою господина Водяникова Елизаветою Александровной, то таковое верно, но действительно ли он украл ее, как сказано в письме, этого неизвестно, живет он с нею более шести лет, жизнь ведет скромную; он имеет обширную практику по своей профессии как доктор, к тому же искусный акушер; она же редко у кого бывает, и говорят, что она чахоточная».

Павел Григорьевич Катаев и сам скончался от чахотки (туберкулеза) 2 февраля 1907 года.

При подготовке использованы материалы Е. Козловой-Афанасьевой, Ю. Зотина, С. Кубочкина, А. Моношкина.