Площадь имени тёти Дуни
Самые лучшие виды на Туру и на Тюмень издавна открывались в прекрасном уголке нашего города, именуемом теперь Никольской площадью. Здесь был разбит сад, простиравшийся меж улицами Ямской и Никольской (Луначарского). Прямо напротив Никольской (Крестовоздвиженской) церкви. Там, где Никольский взвоз завершает путь в Затюменку по Никольскому мосту.
Сад Шешукова
В XIX веке сад этот также именовали Никольским. Хотя, по историческим свидетельствам, у него был известный богатый владелец, дом которого находился здесь же. Краевед Юрий Зотин в работе «Где мемориальному месту Петра Ершова быть в Тюмени?» приводит цитаты из статей известного литератора, этнографа, историка Ипполита Завалишина, опубликованные в «Тобольских губернских известиях» и журнале «Якорь» (1863–1864 гг.). Из них явственно можно представить, как выглядела Затюменка в середине позапрошлого столетия:
«Вечерело, когда я остановился у ворот гостиницы купца Железова (в просторечии «Вахрушевский дом»). Это большой, трёхэтажный каменный дом за Тюменкой. Тут становище чайных обозов, которые запрудили обе улицы (дом на углу)… Из окон моего номера, как раз углового на улицу, видны Троицкий мужской монастырь, приходская церковь, вся нагорная Тюмень и крыши домов двух богачей — К.К. Шешукова да И.Е. Решетникова… Сверх сего, из 21 дома частных лиц только 3 сносной архитектуры: купцов Шешукова и Трусова да недавно отстроенный чиновника Унжакова…
Я и сам, ехав сюда осенью 1861 года и не бывши здесь с 1857 года, затруднялся, где бы останавливаться; ведь в четыре года по нынешнему скороспелому житью России много воды утекает! Меня наткнул, по простонародной поговорке, на гостиницу Железова один знакомый мне доктор; я вот два уже года в ней стою, езжу сюда часто и всегда с душевной благодарностью остаюсь за добросовестность и некорыстолюбие хозяина…
За Тюменкой… сгруппировались все обозные постоялые дворы, гостиница Железова, вольная почта, каменные палаты купцов-миллионеров И.Е. Решетникова и К.К. Шешукова, приходская церковь Воздвиженья, древний Троицкий монастырь, большие погреба виноградных вин, кабаков легион… сад К.К. Шешукова по живописному нагорному берегу Туры (сад, который желательно бы видеть продолженным в обе стороны до монастыря и до городского спуска на Туру, как устроенный на лучшем в Тюмени месте, и который мог бы сделаться щедротами хозяина публичным), немало хорошеньких деревянных домиков и Тюменская 2-го класса почтовая контора…
Вот и прекрасный садик К.К. Шешукова… На моих памятях тут в старые годы был ряд безобразных домишек да кучи навоза и мусора. Но зачем же градское общество не отдало ему, да еще и с поклоном до лица земли, и весь остальной береговой участок по обе стороны его садика — до монастырской ограды и до полицейской будки на яру у спуска?
Городская полиция, вовсе уже невпопад, взялась заменить, со своими небогатыми средствами, и около сада К.К. Шешукова, и по протяжению берега до собора его миллионы! Насадила тощих березок, да и обложила накатными бревнами…»
Так, мы видим, что «родителем» превосходного сада на Затюменском мысу был знаменитый тюменский купец, меценат, один из основателей тюменской женской прогимназии, бывший городским головой Кондратий Кузьмич Шешуков.
Дунькин сад
5 августа 1927 года в газете «Красный Октябрь» была опубликована такая заметка: «31 июля в 3 часа дня Союз деревообделочников открыл против Дома Советов союзный сад. Оборудование сада союзу стоит около 1200 р. При саде оборудована спортивная площадка, на которой занимается спорткружок в 35 человек. В саду имеется библиотека-читальня, работает шахматный кружок. Союз ставит своей целью вовлечь членскую массу своего союза в разнородную культурно-просветительскую работу».
В этом же номере «Красного Октября» была опубликована афиша, гласившая, что на выходных в союзном саду пройдут концерты народного и симфонического оркестров. Вход — 50 копеек.
Действительно, здесь регулярно звучала музыка. Сад был огорожен красочным забором, на его территории постоянно дежурила милиция, потому тут крайне редко происходили правонарушения. Местные жители называли представителей правопорядка «топтунами» — они прекрасно знали всех отдыхавших, посему их внешний вид создавал иллюзию праздно прогуливающихся товарищей. Помимо выше обозначенных концертной, танцевальной, спортивной площадок в саду было множество просмотровых мест, с лавчонками, с которых открывались дивные городские пейзажи. Это же касалось и смотровых площадок, расположенных на деревянной лестнице, ведущей по пологому обрыву к берегу Туры. Все перечисленные особенности вкупе создавали атмосферу невероятной романтичности.
Интересно, что здесь же работал и «плавучий» танцпол — импровизированный речной трамвайчик, собранный из баржи, на которой хватало места для оркестра и танцевальной площадки. Ассоциации с подобного рода речными прогулками смело могут превратить романтичную натуру коренного тюменца в парижанина, а Туру — в Сену.
Главной же достопримечательностью сада была не смотровая площадка, не музыка, игравшая в те годы едва ли не в каждом подобном уголке, а… тетя Дуня! Тётя Дуня, долгое время работавшая здесь дворником.
Крупная, с суровым лицом и доброй душой (как описывали ее современники), тетя Дуня настолько была предана саду, настолько заботилась о чистоте, комфорте, порядке внутри него, настолько рьяно прогоняла «поганой метлой» нарушителей и грязнуль, что «топтуны», возможно, были здесь и ни к чему. Тетя Дуня относилась к саду как к собственному дому, все завсегдатаи превосходно знали ее в лицо. Она была настоль колоритной фигурой, что тюменцы к 1940-м годам стали называть союзный сад Дунькиным. Это народное название, к слову, прижилось и дошло до наших дней.
Однако Дунькиному саду не пришлось существовать долго. С образованием в 1944 году Тюменской области развлекательные мероприятия пришлось прикрыть, ибо в здании бывшего коммерческого училища Колокольниковых (ныне — архитектурно-строительный институт ТИУ) разместился областной комитет ВКП(б). К 1950 году был снесен и забор. Несмотря на то, что тюменцы продолжали исправно посещать одно из культовых мест, веселье прекратилось.
Марафет
С годами суровый правый берег Туры «съел» большую часть территории Дунькиного сада. Когда-то сад представлял собой сразу несколько березовых, липовых, кленовых, тополиных аллей. С. Заварихин, уже в середине 1980-х, в книге «Ворота в Сибирь» написал: «Крестовоздвиженская церковь и здание бывшего коммерческого училища сформировали очень интересную площадь, открытую, плавно ниспадающую к Тюменке. С восточной стороны площадь ограничена остатками сполз-шего в Туру прибрежного сада. Это бывший «Дунькин сад» — любимое место отдыха народа. Без этой зеленой полоски площадь казалась бы пустынной и неуютной. Единственная сохранившаяся аллея сада сейчас проходит по самой бровке обрыва, и это придает ей романтичность…»
В апреле 2000 года по инициативе наместника Свято-Троицкого монастыря, игумена Тихона, площадь перед Крестовоздвиженским храмом и строительной академией, включая аллею бывшего Дунькиного сада, стала официально называться Никольской.
Что представляет собой Дунькин сад сегодня? Это тропинка да велодорожка, ведущая к монастырю, с периодически встречающимися лавочками для отдыха путников. В створе улицы Ямской здесь стоит памятный камень выдающемуся естествоиспытателю, адъюнкту натуральной истории и ботаники Георгу Вильгельму Стеллеру. Он был в составе экспедиции Витуса Беринга, стал первым европейским исследователем Камчатки и Аляски. В 1746 году, по пути в Петербург, Стеллер простудился и тяжело заболел. Он скончался в Тюмени, став навечно гостем нашего города. Могила его была расположена близ Троицкого монастыря, однако позже она также была смыта берегом в реку. Позже мы подробно поговорим о знаменитом ученом, о его жизни и деятельности.
А пока вернемся в наше время. Памятный камень стоит сегодня на фоне длинного металлического забора, скрывающего активные строительные работы, готовящие к сдаче новую очередь набережной.
На аллее Дунькиного сада также вовсю идут работы: курсируют небольшие тракторы, всюду разбросаны горы грунта. Строители, коих здесь внушительное количество, наводят «марафет» на новой части набережной. Выглядит это все не очень красиво, я назвал бы это «творческим бардаком». По всему видно, что уже совсем скоро забор будет снят, и Дунькин сад обретет новую жизнь и новое лицо, став полноценной частью главной достопримечательности нашего города в XXI веке — тюменской набережной.












Все комментарии проходят модерацию.
Причины, по которым комментарий удалят: