24 сентября 2016№172 (6538)Культура

Меломанотерапия, или Что делают ветераны, чтобы не закваситься

«Ты сегодня опять на тусовку пойдёшь?» — интересуется внучка, с улыбкой поглядывая на свою прихорашивающуюся бабушку. «Я пойду на встречу с единомышленниками!» — с достоинством отвечает бабушка и, удерживая горделивую осанку, шагает за порог. Её ждут в хоре русской народной песни «Сибирское раздолье», который этой осенью отмечает юбилей.

Русская песня для хористов — глоток свежего воздуха.

Русская песня для хористов — глоток свежего воздуха.

Фото Сергея Киселёва.

Был тандем

30 лет поёт коллектив в тарманском «Торфянике» со дня его открытия в 1986 году. Правда, старожилы хора ведут отсчёт своей творческой деятельности с выступлений в красном уголке Тюменского центрального торфопредприятия. Но настоящий народный хор создал всё-таки баянист-песенник Владимир Щетков во Дворце культуры.

Дружил он тесно с Риммой Воронко, председателем местного же клуба «Ветеран». Вместе они и репертуар коллектива формировали. Познакомились совсем молодыми — в Казахстане. Владимир Ефимович проходил там срочную службу. Римма Ильинична осваивала целину. Армейцы приезжали помогать работягам, и Щетков в моменты отдыха играл на баяне. Встретились два активиста уже через несколько лет в Тарманах.

Клуб работал не только с ветеранами, но и с молодёжью. Воронко активно занималась патриотической подготовкой ребят. Проводила тематические вечера, создала при клубе кружок моды. Для стариков устраивала встречи со специалистами Пенсионного фонда, юристами, организовывала юбилеи. И всегда Щетков вместе со своим хором рядом был.

— Нас с Ефимычем нельзя делить. Мы работали в тандеме! — горячо говорит Римма Ильинична.

— Недели не было спокойной! Так интересно жили! — с восторгом вспоминает хористка с 16-летним стажем Галина Овчинникова.

Римма Воронко уволилась в 2011-м («по здоровью»). Клуб закрыли, тандем распался. А в феврале этого года ушёл из жизни Владимир Щетков. И хор совсем осиротел. Можете себе представить растерянность команды (из тридцати с лишним человек!), оставшейся без своего несгибаемого капитана?

Директор «Торфяника» Светлана Шкурина обратилась к руководителю ансамбля русской песни Александру Колмакову с просьбой «усыновить» коллектив. Александр Александрович не раздумывая согласился. С Щетковым он крепко дружил и, конечно, не мог бросить его «детище». Жизнь вернулась в «Сибирское раздолье», снова зазвучали щетковские песни, и появились новые — колмаковские.

— Успеваю на два коллектива. Только в хоре работаю за троих, — сообщает Колмаков. — В лучшие времена здесь были дирижёр, аккомпаниатор и аранжировщик. А сейчас все в одном лице — моём.

Как он рассказал, справлять 30-летие «Сибирское раздолье» будет скромно. Скорее всего, устроят вечер памяти Владимира Щеткова.

— Как мы можем веселиться? — пожимает плечами музыкант. — То, что хор поёт три десятилетия, — заслуга Володи. Он умел работать с людьми.

Можно заработать комплимент

Участники хора собираются на репетиции дважды в неделю. Едут в Тарманы с Московского тракта, Мыса, из микрорайонов. Самым молодым хористам полвека, аксакалам — 80 с «хвостиком». Со дня образования в коллективе поют Любовь Шорникова, Аркадий Ившин, Надежда Фёдорова, Александр Игнатов.

— А я ходила-ходила. Потом бросила! По семейным обстоятельствам, — говорит Алевтина Коновалова. — С 2005-го снова хожу.

— Что даёт вам хор? — спрашиваю.

— Глоток свежего воздуха, который жизнь продляет! — восклицает Алевтина Алексеевна.

— У нас меломанотерапия! Мы лечимся музыкой, — подхватывает Галина Овчинникова.

— А я наслаждаюсь, когда слушаю, как на левом ухе поют вторые голоса, — признаётся Виктор Южаков.

— Если б сюда не ходила, дома заквасилась бы, — уверена Коновалова. — Дома что? Надела халат и сижу в нём целый день. А сюда иду, мне надо одеться, причесаться, за собой поухаживать, чтобы выглядеть хорошо.

— В хоре же пятеро мужчин! — замечает Южаков. — Можно комплимент заработать…

Площадок полно, автобуса не хватает

— Вот слушайте! — призывает Овчинникова. — В 2006-м мы приняли участие в 23-х мероприятиях. А в следующем году — уже в 37-ми! В праздники по три концерта в день давали в разных точках города! И на масленичных «Посиделках» пели, и на «Армейских забавах» 23 февраля. В 42-м городском фестивале студенческого творчества принимали участие! Мы же тоже студенты — в третьем поколении! Далее — смотр ветеранских хоров, День юмора, Пасха, вечер в госпитале для ветеранов, День защиты детей на рынке «Северном», слёт хоровиков на Верхнем Бору, фестиваль «Берёзка» у фонтана возле ЦУМа. Всего не перечислишь! Сейчас, увы, нет такого изобилия.

— Не хватает внимания публики? — уточняю.

— Конечно! Мы не отказались бы от лишнего внимания…

— Галина Николаевна, успокойтесь! Нельзя так говорить! — авторитетно прерывает рассказчицу Раиса Шебунова. — Когда у нас не стало руководителя, директор дворца Светлана Михайловна сделала всё для того, чтобы наш коллектив не развалился.

Шебунова представляется, как велит деловой этикет:

— Председатель культурно-массовой комиссии Ленинского административного округа при Совете ветеранов.

— Мы не про руководителей говорим! А про любовь и ласку! — поясняет ей Овчинникова.

— А это разве не внимание? Позвольте с вами не согласиться! — строго возражает Раиса Алексеевна.

— Ой, молчу громко! — шутя отмахивается Галина Николаевна.

— Говорить надо о том, насколько глубоко по содержанию продуманы концертные программы наших коллективов, — горячо убеждает Шебунова. — Это такой потенциал для формирования патриотического отношения подрастающего поколения к Родине, песне, традициям русской культуры! Было бы хорошо, если бы наши департаменты по образованию и культуре продумали, как репертуар хоров донести до детей! Ведь сейчас определяется будущее нашего государства и то, с каким мировоззрением новое поколение пойдёт в армию служить, в школу преподавать, в поле хлеб сеять. Вот какую надо проблему поднимать! А не думать, есть ли у нас площадки.

Тут Раиса Алексеевна внезапно сбивается с педагогического тона:

— До фига, извините за это слово, площадок, где может выступать хоровой коллектив! Но востребованность сегодня в нас действительно не очень велика. А хотелось бы!

— Наговорили на полдиссертации! — саркастически отмечает Анатолий Айдаков. — Нам-то в основном транспорт нужен, чтобы куда-нибудь выехать. Хоть один автобус на несколько клубов…

— Раньше хор гастролировал по югу области. А сейчас выступает только в Тюмени. Невыездные мы, представляете? — иронизирует Овчинникова.

— Костюмы у нас пятнадцатилетней давности! — подаёт голос старейшина Фёдорова.

— Что ты, Надежда?! Не пятнадцать, меньше! — успокаивает Галина Николаевна.

— Депутат Салмин выделял 80 тысяч на платья. Пошили розовые, — припоминает Алевтина Коновалова. — Не на весь хор, только на вокальную группу.

— Какой вокальной группе платья шили? — спохватывается Фёдорова, потеряв нить разговора.

— Ну, что ты, Надя?! Вы же в розовых платьях и выступаете! — напоминает ей Алевтина Алексеевна.

— Ты имеешь в виду красные сарафаны? — уточняет Надежда Васильевна.

— Ну, какая разница? Деньги на них дворец не давал. Я это хорошо знаю! — доказывает Коновалова.

— А ты спроси, сколько стоят эти сарафаны! Какие тут 80 тысяч? — возмущается Фёдорова.

— В хоре у нас, у мужчин, зелёные рубашки, — на всякий случай информирует Александр Игнатов, — а у них, — кивает на спорщиц, — зелёные платья, короны и бусы.

— На какие же средства живёт хор? — интересуюсь у них.

— Мы энтузиасты своего дела! — за всех отвечает Галина Овчинникова. — Знаете, в 2009 году на День города мы выступали у городской администрации (сорок три коллектива!), и это была мощь! Наш хор стал лауреатом и получил «Золотую Нику».

Заметив моё удивление, Галина Николаевна конкретизирует:

— Это я так её называю. Вообще-то, просто «Ника». Но позолоченная!

Точку в разговоре (а скорее восклицательный знак) ставит Раиса Шебунова:

— Хор — это же клуб для общения. На репетициях мы не только поём. Ещё и разные философские проблемы поднимаем!

В репертуаре хора «Сибирское раздолье» около 100 песен. Коллектив является призёром различных районных, городских, областных и даже международных конкурсов и фестивалей.

 

Ирина Тарабаева.

Поделиться
Поделиться

    Настоящий ресурс использует сервис веб-аналитики Яндекс Метрика, предоставляемый компанией ООО «ЯНДЕКС», 119021, Россия, Москва, ул. Л. Толстого, 16 (далее — Яндекс), сервис Яндекс Метрика использует файлы «cookie» с целью сбора технических данных посетителей для обеспечения работоспособности и улучшения качества обслуживания. Продолжая использовать ресурс, Вы автоматически соглашаетесь с использованием данных технологий.

    Собранная при помощи «cookie» информация не может идентифицировать вас, однако может помочь нам улучшить работу нашего сайта. Информация об использовании вами данного сайта, собранная при помощи «cookie», будет передаваться Яндексу и храниться на серверах Яндекса в Российской Федерации.

    Вы можете отказаться от использования «cookie», выбрав соответствующие настройки в браузере.

    Подробнее о нашей политике обработки персональных данных.