21 мая 2016№87 (6453)Общество

Российские нефтяники на линии фронта

Игорь Глебов живёт в лагере — все три года, когда уезжает на вахту. Территория лагеря окружена высоким забором. Охрана двойная. Специалист одной из российских нефтяных компаний, он работает в Ираке, на месторождении Курдистан.

Религии разные. Дело — общее

— До этого была Бадра, — уточняет. — Туда привлекали специалистов из 22 стран мира. Условия были такие же: лагерь, серьёзная охрана. Передвижение за пределами защищённой территории — только по проверенному маршруту в бронированных автомобилях. Безопасность сотрудников — необходимое условие! На крайний случай разработаны планы эвакуации. В 2014-м был такой момент: весь персонал пришлось эвакуировать. Линия фронта подошла очень близко к нефтяным объектам. Вообще обстановка в стране меняется каждый день. Каждый час. Её отслеживает служба собственной безопасности.

Жизнь за высоким забором, по словам Игоря Васильевича, вполне комфортна. В лагере есть всё необходимое: жилые вагончики, столовая, прачечные… Все понимают, зачем нужны такие меры предосторожности, да и для «туристических» прогулок времени у нефтяников попросту нет. Рабочий день начинается в шесть утра, заканчивается в восемь вечера. Немного времени остаётся на сон и… спорт.

— Участие в иностранном проекте для меня прежде всего возможность проверить свои силы, плюс общение, обмен опытом с коллегами, — уверяет. — На проекте используется сложное оборудование, с которым нужно быть на «ты». Не менее важно найти общий язык и с иракскими коллегами. По договору, который заключают правительство страны и российская компания, необходимо предоставить рабочие места и местным жителям. Они ценят такое отношение: уровень безработицы в Ираке довольно высокий. Немалые средства компания выделяет на развитие инфраструктуры, в том числе строительство социально значимых объектов, и помощь местным жителям.

Российским нефтяникам хорошо известна пословица: в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Потому на самом старте проектов они и стараются детально изучить обычаи и традиции страны, где ведётся разработка месторождений.

— Жители Ирака очень религиозны, о чём нельзя забывать, чтобы не обидеть случайно, — рассуждает Глебов. — Сотрудник может в разгар рабочего дня просто уйти — настало время молитвы. Нельзя возмущаться ни в коем случае. Просто самому подключиться — и сделать то, что нужно. Чтобы не случалось простоев. В Курдистане работает много молодых людей из деревень. Большинство из них английского языка не знают. Не у каждого есть специальное образование. Не спеша, тактично — с помощью переводчика — объясняешь, что требуется. В таких ситуациях очень выручает опыт. В России на месторождениях трудятся татары, украинцы, белорусы, чуваши… У них разные религии, разные убеждения. Но работа — одна. Её нужно выполнить. Никому поблажек нет!

По совету родителей

— Нефтяники — словно кочевники: сегодня на одном месторождении окажутся, завтра на другом. Такая жизнь была по душе моим родителям, нравится и мне, — признаётся. — Я родился в Татарстане, в детский сад и школу ходил в Белоруссии, в Гомельской области. Профессию получал в Москве, в институте нефтехимической и газовой промышленности имени Ивана Губкина (сейчас это Российский госуниверситет нефти и газа).

— Вуз выбирали сами или всё же по совету родителей? — интересуюсь.

— В двух словах и не ответишь, — задумывается на секунду-другую Игорь Васильевич. — Мальчишкой меня тянуло к технике: машинам, двигателям… Сразу после школы не мог определиться, куда дальше пойти учиться. Возможностей — масса. Документы мог подать в любой вуз большой страны! Решил попробовать в технический — в Московский авиационный институт, факультет «Двигатели летательных аппаратов». Прошёл по конкурсу (он был серьёзный!), хорошо сдал физику и математику. Эти предметы всегда легко давались в школе. Но… документы забрал, так и не начав учиться.

За парту Глебов снова сел чуть позже. А пока пошёл работать. Сначала, по рекомендации отца, учеником слесаря по ремонту турбобуров. Затем — слесарем. Год простояв у станка, отважился снова поступить в институт. Медицинский. На военного хирурга. Старательно повторял химию и биологию, готовился к вступительным экзаменам. Но…

— Я младший в семье, — сообщает. — Старшие уже получили дипломы, работали по специальности. Я всё искал себя. Родители, глядя на мои метания, решили вмешаться. Убедили продолжить семейную традицию. Работа нефтяника не менее интересна и полезна людям, чем того же авиаконструктора или военного хирурга. Тоже даёт возможность карьерного роста. К совету прислушался — и не жалею. Наконец почувствовал: теперь на своём месте.

Романтика позвала

Инженерное образование открывало перед вчерашним студентом новые горизонты. Вместе с несколькими друзьями Игорь Глебов поехал по распределению на Ямал. Там как раз было открыто новое месторождение — Суторминское. А дальше — как в песне: «если ты полюбишь Север…» В Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском округах Игорь Васильевич проработал более 30 лет.

— Западная Сибирь надолго затянула, — улыбается. — Почему именно сюда поехал? В то время, в начале восьмидесятых, было очень престижно попасть именно туда. На новые месторождения. К тому же романтика звала! Жизнь, полная ярких событий.

О бытовой неустроенности молодые люди и не задумывались. Попросту её не замечали. Ведь рядом были такие же чудаки, искренне увлечённые своей профессией. Работать приходилось с раннего утра и до позднего вечера. Усталости, казалось, никто не замечал. Откуда только силы брались?!

— Мы видели результаты своего труда, понимали, что многое можем. Это и вдохновляло на новые свершения. К тому же жили весело и дружно. Двери в комнаты не закрывали. Деликатесами — тушёнкой или сгущёнкой делились со всеми. Никто не жадничал! — смеётся и добавляет: — Помню, приехали в Муравленко. Сейчас это город. А тогда… Там были два общежития да столовая. Котельная, щитовые дома только строились.

Глебов успел поработать на многих месторождениях, которые начинались с нуля. Было непросто, признаётся. Однако самым тяжёлым для нефтяной промышленности оказались 90-е годы. Перестройка…

— Отрасль выстояла. Выдержала все испытания. Благодаря тем людям, которые не ушли из профессии, не бросили производство. Продолжали честно делать своё дело, — отмечает собеседник.

Десять лет он работал в Надымском районе. Там тоже были новые месторождения, новые встречи. С друзьями, которые появились на Севере, общается и сегодня. Одни теперь в Москве живут, другие — в Санкт-Петербурге, третьи — в Новосибирске… Хоть круглый год путешествуй по стране, наведываясь к друзьям и знакомым. Останавливайся на день-два. Бывшим коллегам всегда найдётся, о чём поговорить, что вспомнить.

— Я вообще люблю путешествовать, — добавляет. — К маме в Белоруссию езжу три раза в год. С удовольствием возвращаюсь в те места, где прошла юность.

В семейных традициях

— Что же вас за границу на работу потянуло? — допытываюсь.

— Желание заработать, — отвечает прямо и честно. — В тот период случились перемены. Умерла сестра жены. В нашей семье появилось ещё двое детей. Их нужно было поставить на ноги, дать образование. Средств на обучение не хватало. Пришлось искать варианты. Кто ищет, как известно, находит… Первый опыт участия в подобном проекте. Удачный!

— Дети пошли по вашим стопам?

— Старшие традицию семейную поддержали. А вот младшая дочь пока не определилась. Сейчас она учится в Санкт-Петербурге в закрытом колледже, с правом поступления в университет без всяких конкурсов. Но ей ближе не точные, а гуманитарные науки. Неважно, какую профессию выберет. Главное — чтобы дело по душе нашла.

Есть у Глебовых ещё одна традиция. Игорь Васильевич с физкультурой и спортом дружен и детей увлёк.

— Родительский пример многое значит, — настаивает. — Супруга моя тоже моржеванием занимается.

— Откуда у вас такая тяга к спорту? — удивляюсь.

— Всё просто: при таком графике работы и нагрузках нужно держать себя в хорошей физической форме. Чтобы не заболеть, — рассуждает. — С чего начинается мой день? С утренней зарядки и пробежки. В Курдистане подъём — в четыре тридцать утра. В Тюмени — на час позже. На отдыхе, в перерывах между вахтами, зарядка не исключается.

— Укрепить иммунитет помогает закаливание, — продолжает рассказ. — К нему подходил постепенно. За Полярным кругом снегом можно было обтираться почти весь год. Снег лежит до конца июня. Новый выпадает уже в сентябре. А вот поплавать зимой… Эта мечта сбылась в клубе «АквАйСпорт». Одному-то прорубь не сделать: пока с одного конца лёд рубишь, с другого он снова схватился. Командой час тратим на прорубь — и плаваем в удовольствие. Сейчас температура воды +6+7 градусов. Льда нет. Благодать! Каждое утро после пробежки плаваю. Через неделю — снова на работу. Такая возможность — окунуться в холодную воду — появится не скоро...

— Есть личные спортивные рекорды?

— Немного. Пробежал (и не раз!) 21 километр. Проплывал в открытой воде около трёх километров… Цифры не такие уж и большие, но я и не собираюсь останавливаться на достигнутом. Нравится преодолевать себя.

Любовь Киселёва.

Поделиться
Поделиться

    Настоящий ресурс использует сервис веб-аналитики Яндекс Метрика, предоставляемый компанией ООО «ЯНДЕКС», 119021, Россия, Москва, ул. Л. Толстого, 16 (далее — Яндекс), сервис Яндекс Метрика использует файлы «cookie» с целью сбора технических данных посетителей для обеспечения работоспособности и улучшения качества обслуживания. Продолжая использовать ресурс, Вы автоматически соглашаетесь с использованием данных технологий.

    Собранная при помощи «cookie» информация не может идентифицировать вас, однако может помочь нам улучшить работу нашего сайта. Информация об использовании вами данного сайта, собранная при помощи «cookie», будет передаваться Яндексу и храниться на серверах Яндекса в Российской Федерации.

    Вы можете отказаться от использования «cookie», выбрав соответствующие настройки в браузере.

    Подробнее о нашей политике обработки персональных данных.