9 апреля 2015№57 (6200)Общество

Что нам стоит перестроить?

Одно из недавних событий из жизни областного центра: на улице Харьковской обрушился угол жилого дома. Были пострадавшие. Корреспондент «Тюменских известий» Степан Шолпан выехал тогда на место происшествия. Репортаж, который он привёз в редакцию, сознательно «попридержали» до обнародования заключения специальной комиссии.

Причин разрушения дома на улице Харьковской в Тюмени несколько. И одна из них — незаконная перепланировка квартир

 

от редакции

Одно из недавних событий из жизни областного центра: на улице Харьковской обрушился угол жилого дома. Были пострадавшие. Корреспондент «Тюменских известий» Степан Шолпан выехал тогда на место происшествия. Репортаж, который он привёз в редакцию, сознательно «попридержали» до обнародования заключения специальной комиссии.

Мы же публикуем репортаж С. Шолпана исходя из нескольких соображений. Прежде всего, еще раз выслушать мнения потерпевшей стороны. И главное… Тема переселения горожан из аварийного и ветхого жилья приобретает в последнее время особо болезненный оттенок. Люди хотят комфорта любой ценой — и потому правдой и неправдой «благоустраивают» имеющиеся квадратные метры, невзирая на все «технические» предостережения. Люди стремятся — лучше, конечно, чтобы по закону! — переехать из аварийного жилья в нормальное. И вряд ли кто-то осудит их за это желание. Но переселение всё откладывается — порой на десятилетия. И тогда жильцы старых домов «перестраивают» свою жизнь по-своему...

Как сообщил «ТИ» компетентный источник в администрации города, в рухнувшем доме в разное время было сделано большое количество перепланировок: жильцы устанавливали туалеты, душевые кабины и ванные в не предназначенные для этого помещения, сносили стены на своей жилплощади. Большинство перепланировок — и официальные документы, с которыми корреспондента «ТИ» познакомили в администрации города, это подтверждают — были проведены незаконно. Интересно, задумывались ли собственники квартир о возможных печальных последствиях? Существует ли на Харьковской совет дома, который мог и должен был вмешаться в ситуацию?

Все понимают: авария подобно «Харьковской» может повториться. А потому мы хотим разобраться в ситуации. «Тюменские известия» надеются, что за сегодняшней публикацией последует комментарий со стороны ответственных лиц, из которого люди, проживающие в подобных домах, поймут, что им ждать в ближайшем будущем и могут ли они быть уверены в своей безопасности?

На днях стало известно, что жильцы рухнувшего дома не вернутся в него.

— Выводы предварительного технического заключения таковы: жилой дом находится в аварийном состоянии, так как часть указанных дефектов являются критическими или значительными. Заселение дома не допускается. В настоящее время существует угроза обрушения других частей дома. Для предотвращения возможных несчастных случаев необходимо оградить дом по всему периметру и исключить доступ в него людей. Полная оценка технического состояния дома, несущих конструкций будет дана после завершения обследования, — сказала Лариса Теплоухова, заместитель главы администрации Тюмени.

 

24 марта, 22 часа

Толпа зевак, люди снуют по дворам соседних домов… Много автомобилей, как гражданских, так и спецмашин МЧС и полиции. Территория двора дома № 52а оцеплена сигнальной лентой. Прохожу на территорию оцепления, но меня тут же останавливает полицейский:

— Молодой человек, выйдите за ленту!

Достаю из кармана удостоверение члена Союза журналистов:

— На основании статьи 47 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» я имею право посещать специально охраняемые места аварий, стихийных бедствий, митингов и демонстраций.

Сотрудник полиции непреклонен. Звоню Светлане Новик, начальнику пресс-службы управления МВД России по Тюменской области. Она мне сообщает: в оцеплении работает Антон Каморников. Дозваниваюсь. Антон Николаевич встречает меня и проводит на территорию. Фотографирую, снимаю...

…Подъезжает несколько пассажирских автобусов. Эвакуированных жильцов дома приглашают внутрь — чтобы не мерзли. Входим в салон транспортного средства, общаемся с жителями пострадавших квартир. Ирина Малкина, чья квартира находится на первом этаже второго подъезда дома, дает интервью журналистам:

— Не один раз у нас были разные комиссии. Ходили по дому, а мы им показывали проблемные места: что ремонт у нас не делается много лет подряд. Крышу сделали, кое-как, но все равно она протекает, вода с крыши бежит в квартиры на пятом этаже.

В разговор вступает Максим Рыбалко, сын Ирины Евгеньевны:

— Сколько раз говорили о том, что в доме идет обрушение нижней части. Каждый год делали, восстанавливали дом. С крыши сколько кирпичей падало, чуть не прибивало людей ими. Еще двух лет не прошло с момента того ремонта, а у кого и из-под подоконников кирпич обваливался.

— А трещины были большие? — интересуются журналисты.

— Разные: и большие, и маленькие. Они часть кирпичей убрали, грубо говоря, глыбу примерно метр на метр вытащили, там полкирпича осталось. Они все это заложили, как будто бы он такой и был. Причем закладывали зимой. Дом еще в 1995 году был признан негодным для проживания, но потом его отдали городу, неизвестно кому, так оно и пошло-поехало. Подвальное помещение постоянно мокрое, его ремонтом никто толком не занимался, трубы не ахти какие, постоянно «парит» из подвальных окон. Несколько раз пытались устранить это, но толку нет, а дом-то все равно сыреет. Мое мнение: хорошо подмыло эту часть дома, и обрушение произошло именно по этой причине.

Никита Куриленко был дома в момент, когда всё случилось:

— Я сидел за компьютером, когда услышал громкий звук, будто бы снег сходит. Сначала не придал этому значения, а потом понял: снег-то растаял уже! Подхожу к окну, вижу огромный столб пыли. После этого надел штаны, взял документы — и бегом на улицу.

25 марта, 20 часов

Несмотря на откровенно паршивую погоду (сильный холодный ветер и колючий снег), на территории двора по-прежнему много людей. Спасатели продолжают работу по расчистке завалов. Людям дали возможность забрать вещи из своих жилых помещений. Рядом со мной стоят две пожилые женщины с шестью огромными черными мешками. Знакомлюсь с ними. Рассказывает Татьяна Оринич, жена того самого мужчины, что попал под завалы:

— Славу увезли на машине скорой помощи. Сначала в реанимацию, но через короткое время мне позвонил врач и сказал, что мой муж родился в рубашке, что его жизни ничего не угрожает и поэтому его выписывают. Сейчас он находится в гостинице «Колос», куда нас временно эвакуировали.

— Татьяна Вячеславовна, вы добивались того, чтобы власти наконец-то взялись за решение вопроса по приведению вашего дома в порядок?

— Да тут только ленивый не добивался. С этим вопросом вам лучше обратиться к Лене — она наиболее активно привлекала внимание администрации города к нашей беде. А сейчас нам пора…

Татьяна Вячеславовна берет в руки два мешка, а ее подруга, Вера Фёдоровна, еще два. Последние два мешка достаются мне: мужик я или демо-версия? Так, под снегом, отправляемся в путь — на Минскую, в дом Веры Фёдоровны…

Попрощавшись с женщинами, направляюсь в гостиницу «Колос» на поиски той самой Лены, о которой уже порядочно наслышан. Елена Эльзенбах — так ее зовут — спустилась на первый этаж гостиницы всего на несколько минут. Она выглядит уставшей:

— Степан, я сейчас не могу ничем помочь вам. Завтра в 11 часов утра на место происшествия должна подъехать комиссия, которая будет исследовать дом.

Договариваемся с Еленой Владимировной о встрече на утро.

26 марта, 10 часов 45 минут

Я нахожусь во дворе Харьковской, 52 — этот дом расположен напротив того, что рухнул. Вижу сотрудников полиции, МЧС и представителей следственного управления СКР по Тюменской области. Рядом со мной несколько человек. Один из них, мужчина, не желает представиться даже по имени, но охотно рассказывает о том, что в свое время жил на Севере в деревянном доме, пережил там два пожара. Переехал в Тюмень, купил комнату в этом доме. «Уж кирпичный-то дом все равно надежнее, думал я, а он возьми да обвались. Комнату покупал в ипотеку. Что теперь будет? Как дальше жить?» — рассказывает, вздыхая. Пожилая женщина, которая находится рядом с нами, клянёт чиновников на чем свет стоит. Еще один мужчина, слегка бомжеватого вида, изо всех сил пытается добиться правды у представителей МЧС и полиции: как, а главное — где дальше жить будем? Ясное дело, что ответа он не получит. По крайней мере, не здесь и не сейчас...

 

взгляд специалиста

Трагедии можно было избежать

Обрушение здания — это следствие потери конструкцией несущей способности. Как правило, оно редко происходит внезапно, если только не вызвано преднамеренными действиями. Снижение несущей способности — это длительный процесс, проявляющий себя конкретными признаками. Они позволяют специалистам определить причины подобных изменений и своевременно выполнить комплекс мероприятий по их устранению, не доводя до аварийной ситуации.

Отсутствие профилактики, своевременных ремонтных работ, игнорирование первичных признаков деформации здания, ненадлежащий контроль состояния жилого дома ответственных органов — в комплексе эти факторы и привели к трагедии.

Здания не трескаются сами по себе — без причины. Образование трещины указывает на то, что конструкция потеряла несущую способность или испытывает избыточные нагрузки. Если у нас нет внешнего воздействия, которое бы объясняло причину разрушения, будь то взрыв, землетрясение, врезавшийся в дом грузовик, то главная задача ­— найти ее, остановить дальнейшее раскрытие трещины и впоследствии произвести ремонтные работы по устранению. Неумение определять признаки разрушения конструкции, своевременно и адекватно оценивать и честно признавать возможные последствия, непонимание взаимосвязи различных систем конструкции, незнание и надежда на авось, по моему мнению, и есть главные движущие силы, ведущие к подобным аварийным ситуациям.

В нашем регионе одна из основных причин подобных разрушений — это просадка грунта, вызванная невниманием к вопросам гидроизоляции подвалов зданий. Опыт нашей компании показывает, что чаще всего разрушение зданий является следствием нарушения гидроизоляции.

Если у дома провалилась отмостка — это уже тревожный звонок: куда-то «уходит» грунт. Скорее всего, он «уходит» в подвал по причине повреждения гидроизоляции. Если мер по восстановлению гидроизоляции вовремя не принять, то процесс будет идти по нарастающей. В итоге грунт будет не только проседать, но и вымываться из-под фундамента. Итог — разрушение фундамента.

Основными источниками фильтрации воды через железобетонные конструкции являются трещины, образующиеся из-за температурных напряжений. После чего происходит раскрытие строительных швов, вскрывая все дефекты, образовавшиеся при устройстве температурных швов во время строительства. Особенно быстро протекают эти процессы при эксплуатации подземных бетонных и железобетонных инженерных конструкций в условиях постоянного контакта с водой, что очень характерно для нашей болотистой местности.

Некачественная гидроизоляция фундамента приводит к его сильному увлажнению, которое в первую очередь обыватель замечает в виде плесневого грибка на стенах, потолке… В дальнейшем начинаются мелкие протечки, которые со временем вымывают частички раствора, образуя трещины, и способствуют разрушению здания. Еще одна достаточно острая проблема для нашего климатического пояса — замерзание влаги, которой насыщены поры бетонного фундамента. Замерзшая вода, расширяясь, буквально разрывает фундамент, что ускоряет его разрушение.

Очень часто проблема всерьез не воспринимается, поскольку в данный момент отсутствуют протечки, аварийные ситуации, жалобы. Соответственно устранять такую проблему никто и не стремится.

Надежная гидроизоляция — это одно из важнейших условий последующей долгосрочной эксплуатации здания. Однако в нашей стране гидроизоляции не всегда придают должное значение. Управляющие организации и частные владельцы зданий не понимают серьезности ситуации и не считают устранение негерметичностей заглубленных сооружений первоочередной задачей. Особенно актуально это для многоквартирных жилых домов.

В условиях постоянной нехватки бюджета, вызванной низкой платежной дисциплиной жильцов, управляющие компании предпочитают перекрасить стены в подъезде, чем загерметизировать ввод теплосетей, разрушенный при замене труб. Результат первого действия видят все жильцы, результат последнего — только сантехник УК. Расплатой за подобное отношение в один «прекрасный» момент становится прорыв теплокамеры, расположенной в нескольких десятках метров от дома и, как следствие, наполненный кипятком подвал. Либо затопление сточными водами в результате аварии на изношенных сетях. Но вода в подвале — это только очевидное следствие, которое мы видим здесь и сейчас. Воду откачают и будут считать, что проблема решена, но вопрос остается открытым — со временем вода вымывает грунт, в том числе и из-под фундамента, и несущая способность конструкции здания нарушается. Но если вы об этом не знаете, то пока здание не даст трещины, вы этого не увидите.

Но даже когда проблема проявляется в виде трещин и становится очевидной, это не значит, что ее будут решать. Даже столкнувшись с фактом нарушения конструкции, довольно часто лица, наделенные властью и ответственностью, разводят руками, ссылаясь на невозможность решения задачи по восстановлению ущерба, на недостаток средств, отсутствие необходимого финансирования, на невозможность решения административных задач и прочее. Решение подобных задач не приносит дивидендов — трещина есть на небольшом участке дома, и ее наличие затрагивает лишь некоторых жильцов, в то время как ее устранение требует значительных усилий.

Это не значит, что управляющие организации действуют непрофессионально. Встречаются ситуации, когда лица, отвечающие за разрешение проблемы, просто не знают способов решения этих задач и не привлекают специалистов и экспертов в данных областях. В то же время мировые геотехнологии не стоят на месте. На сегодняшний день существует большое разнообразие способов защиты бетона, его гидроизоляции и предохранения от воздействия агрессивных сред. Появился ряд новых материалов для гидроизоляции, защиты и восстановления бетона, которые успешно применяются.

Я уверен, что создание Правительством РФ «Фонда капитального ремонта» станет началом поэтапного, своевременного решения злободневных, давно назревших проблем жилого фонда города. И такая трагедия, как на улице Харьковская, 52а, больше не повторится. В первую очередь потому, что работа Фонда сможет обеспечить гарантированное финансирование и реализацию восстановительных работ точно в срок, в том числе по гидроизоляции и восстановительному ремонту конструкций. Кроме того, работая с единым заказчиком в лице Фонда, чей штат укомплектован грамотными специалистами, экспертами строительной отрасли, гораздо легче доносить взаимосвязь различных разрушающих факторов, воздействующих на конструкции, и исходящих от них угроз, а также предлагать различные способы конструктивного решения.

Ромуальд Нагаев

технический директор ООО «СибСтрой-Инъектирование»

Степан Шолпан.

Поделиться
Поделиться

    Настоящий ресурс использует сервис веб-аналитики Яндекс Метрика, предоставляемый компанией ООО «ЯНДЕКС», 119021, Россия, Москва, ул. Л. Толстого, 16 (далее — Яндекс), сервис Яндекс Метрика использует файлы «cookie» с целью сбора технических данных посетителей для обеспечения работоспособности и улучшения качества обслуживания. Продолжая использовать ресурс, Вы автоматически соглашаетесь с использованием данных технологий.

    Собранная при помощи «cookie» информация не может идентифицировать вас, однако может помочь нам улучшить работу нашего сайта. Информация об использовании вами данного сайта, собранная при помощи «cookie», будет передаваться Яндексу и храниться на серверах Яндекса в Российской Федерации.

    Вы можете отказаться от использования «cookie», выбрав соответствующие настройки в браузере.

    Подробнее о нашей политике обработки персональных данных.