«Кажется, дождь начинается», — подсказывает ответ уже моя внучка. Счастливое прапрапоколение участников Великой Отечественной! Не читают «подтексты» — воспринимают мирный день как гарантированную данность. Многие из них о Великой Отечественной знают лишь то, что была она давным-давно: путают века-даты, лишь для оценки зазубривают имена героев-победителей.

«Давным-давно это было…» Так многие сказки начинаются. Даже у самых страшных из них — добрый конец. Вот и Великая Отечественная война увенчалась Победой… А как она начиналась? Из школьных учебников послевоенной поры помним, что внезапно, вероломно: страна спала и не ведала… Этим и объясняются бесчисленные отступления-поражения нашей защитницы — доблестной Красной армии.

Неужели у страны не было никакого предчувствия войны?

В книге «Письма с фронта», увидевшей свет благодаря акции, проведённой нашей газетой и областным Советом ветеранов в 2011-2012 годах, нахожу строчки, адресованные 11 апреля 1941-го красноармейцем Николаем Георгиевичем Зыряновым в деревню Александровка Викуловского района: «О международной обстановке говорить вам нечего, самим известно. Погода здесь плохая. С запада надвигаются грозовые тучи, которые вот-вот, весной или летом (в тексте эти слова подчеркнуты. — Н.Т.) разразятся над нами».

Книга «Брестская крепость. На ветрах истории» знакомит с дневниковыми записями лектора Брестского обкома партии С.Н. Иоффе от 15 мая 1941 года: «Некоторые советские работники начали отправлять семьи на Восток. За паникёрство 7 коммунистов горком исключил из партии. …Когда бываю в пограничной полосе, партийные работники рассказывают мне, как много воинских частей прибывает по ту сторону границы. В ряде мест передвижение войск видно простым человеческим глазом».

«Война с Германией будет обязательно, — писал в 1941-м родным Григорий Деревянко, ответственный секретарь комсомольского бюро 98-го отдельного противотанкового артиллерийского дивизиона, — не в этом году, так через 2-3-5 лет. Но она будет решительная. Мы выжидаем, я думаю, только подходящего момента, когда все страны ослабнут». Всего через несколько месяцев после этого сообщения 24-летний защитник Брестской крепости Григорий Давыдович Деревянко погибнет в плену. Вечная ему память!

…Пролетевшее время сняло гриф секретности со многих документов предвоенной и военной поры. Достоянием гласности стало, в частности, спецсообщение №660477 Разведывательного управления Генштаба Красной Армии от 5 мая 1941 года: «…За два месяца количество немецких дивизий в приграничной зоне против СССР возросло с 70 до 107… С румынской и венгерской армиями это составит около 130 дивизий. Необходимо считаться с дальнейшим усилением немецкого сосредоточения против СССР».

16 июня источник, работающий в штабе германской авиации, сообщил: «Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время. Объектами налёта немецкой авиации в первую очередь являются: электростанция «Свирь», московские заводы, производящие отдельные части к самолётам, а также авторемонтные мастерские.

…Источник, работающий в министерстве хозяйства Германии, сообщает, что произведено назначение начальников военно-хозяйственных управлений будущих округов «оккупированных» территорий СССР. Для Кавказа назначен Амон, для Киева — Бурандт, для Москвы — Бургер…» Эта информация с грифом «Сов. секретно!», подписанная («ВЕРНО!») начальником I Управления НКГБ Союза ССР Фитиным, заканчивается так: «На собрании хозяйственников, предназначенных для «оккупированной» территории СССР, выступил также Розенберг (возглавлявший внешнеполитический отдел национал-социалистической партии Германии. — Н.Т.), который заявил, что понятие Советский Союз должно быть стёрто с географической карты» («Известия ЦК КПСС», 1990, №4.)

Уже не просто напрашивается, а кричит вопрос: «Ну, а наши, наши-то что? Как реагировало руководство советской страны на такие разведданные?» 4 июня 1941-го Политбюро ЦК ВКП(б) постановило «увеличить численность Красной Армии по мирному времени на 120695 и по военному времени на 239566 человек». 12 июня 1941-го к западным границам из глубины страны началось выдвижение 26 стрелковых дивизий. Однако только половина из них прибыла к 22 июня к месту назначения… 21 июня в 23 часа 50 минут военным советам Северного, Балтийского, Черноморского флотов, командующим Пинской и Дунайской флотилий была направлена директива: «Немедленно перейти на оперативную готовность №1». Возможный удар немцев и их союзников предписывалось встретить в полной боевой готовности, но при этом «не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения». В 01 час 45 минут 22 июня командующим 3-й, 4-й, 10-й армий был отдан приказ наркома обороны: «В течение ночи на 22.06.41 г. скрытно занять огневые точки укреплённых районов на западной границе». Но и в нём была «приписка»: «Не поддаваться ни на какие провокационные действия». В общем, будь готов, но терпи…

Понятный для себя ответ нашла в книге «Трудный путь к Великой Победе», изданной в 2009-м Российским государственным военным историко-культурным центром при Правительстве РФ и Институтом военной истории Министерства обороны России:

«В условиях полыхавшей с сентября 1939 г. Второй мировой войны Кремль всеми силами пытался оттянуть неизбежное столкновение с нацистским агрессором, а Сталин вплоть до последнего дня продолжал надеяться, что нацистский Гитлер всё же не решится на войну в Европе на два фронта. …В то же время советское руководство отчётливо осознавало, что военно-экономический потенциал СССР ещё далеко не достиг такой мощи, чтобы противостоять фактически один на один фашистскому блоку, сосредоточившему в своих руках военное производство всей оккупированной Западной Европы. Было необходимо время для укрепления экономики Советского Союза и его Вооруженных сил». Вот почему надо было «подыгрывать» агрессору и «не поддаваться на его провокации».

…В оригинале текста песни про синий платочек (авторы Яков Галицкий и Михаил Максимов) вы не найдёте строчки «в воздухе пахло грозой». Её придумал и вставил в стихи… народ. Потому что так чувствовал. Потом на эту же мелодию Ежи Петерсбурского легли слова другой песни: «22 июня, ровно в четыре утра, Киев бомбили, нам объявили, что началася война».

Ещё до начала Великой Отечественной в Германии поделили портфели начальников военно-хозяйственных управлений будущих округов «оккупированных» территорий СССР.