Бараки на костях

Ещё в начале года в одной из местных газет сообщили о том, что на этой территории, занимающей около 3600 квадратных метров, возможна организация парковки на 160 машин. Скорее всего, то и было задумано. Жители наши богатеют день ото дня, покупают много-много автомобилей, хороших и разных. А куда их ставить? Власть уже голову сломала над этим вопросом.

А вот неравнодушные к своему городу тюменцы — работники сферы культуры, бизнесмены, депутаты, преподаватели вузов (среди них есть и автолюбители!) — задумались об исторической справедливости. И даже собрались писать «наверх» письмо, чтобы эта самая справедливость восторжествовала.

Дело в том, что до 1932 года на расчищенных сегодня квадратах стояла Успенская церковь. С ней расправились тогдашние мечтатели о светлом будущем. Взорвали. Старожилы рассказывали удивительную историю. Мол, ударная волна была такой силы, что церковь взмыла над землёй и на мгновение замерла в воздухе. После чего, к удовлетворению подрывников, обрушилась грудой бесформенных обломков. Небось, мелькнула у них жуткая мысль: чего доброго, храм взмоет в небо, ходи потом доказывай, что Бога нет...

Вместо взорванной церкви построили два жилых барака для пролетариата. И стояли эти уродливые «деревяшки» аккурат до конца октября нынешнего года. Людям там жилось несладко. Пять лет назад довелось с ними пообщаться. Жильцы (почему-то шёпотом) признавались, что на участке, прилегающем к постройкам, они время от времени натыкаются на человеческие черепа и кости. Пугались граждане, не ведая, что живут на территории бывшего Ильинского женского монастыря, где, естественно, был свой погост. Монастырь закрыли по решению Екатерины II в 1764 году. А в 1765-м на святом месте возвели Успенскую церковь.

Аргументы в пользу «купчихи»

Неугомонный тюменский краевед Валерий Чупин топчется на стылых комьях земли. После сноса бараков площадку успели очистить от мусора и выровнять. По её периметру горожане уже паркуют свои машины.

— Вон там, где автомобильные колёса, была церковная ограда, — указывает рукой Валерий Александрович. — Сам храм стоял почти по диагонали квартала, ориентированный на восток. Главный придел и ещё два боковых: церковь пышная была. Как купчиха!

В настоящее время уже начался сбор подписей в поддержку Успенской церкви. Следует заметить, что идея возродить «купчиху» впервые прозвучала в 2004 году. Но тогда бараки стояли крепко.

— А теперь-то их нет! — горячо восклицает Чупин. — Надо что-то делать, пока не поздно!

И он приводит веские аргументы в пользу воссоздания Успенской церкви. Первый: это законное место храма.

— Фундамент, слава Богу, не уничтожили, не было смысла, — говорит краевед. — К тому же сохранились несколько снимков церкви, чертежи плана и фасада, подробное описание интерьеров, используя которые, можно подготовить исторически обоснованный проект.

Второй аргумент: в восстановленном храме будет уместно вспоминать жертв политических репрессий. Ведь и саму церковь, получается, тоже репрессировали.

— В других храмах вспоминать неуместно? — уточняю.

— Отчего же? — возражает Чупин. — Просто приделы в работающих храмах уже имеют наименования. Названного в честь новомучеников российских придела в них нет.

Третий аргумент: Успенская церковь может стать своего рода памятником купцу Семёну Трусову, который к 1000-летию России, в 1862 году, отремонтировал пришедший в запустение храм. На деньги Семёна Михайловича в церкви поменяли полы, покрыли железом крыши, позолотили иконостасы, изготовили серебряные оклады для икон. Успенская «купчиха» стала одним из лучших приходов Тюмени.

— Историческую память необязательно облекать в медь, гранит или мрамор, — считает Валерий Александрович. — Если тюменцы возьмутся за восстановление Успенской церкви, это уже будет говорить о том, что они не забывают добрые дела своих предшественников и их самих. На средства Семёна Трусова в городе было построено сиропитательное заведение с церковью Симеона Богоприимца (оно и сейчас стоит на улице Республики, 60), восстановлена после пожара Петропавловская церковь, украшен Троицкий собор. Этот человек достоин того, чтобы о нём помнили.

И четвёртый аргумент: градостроительная разумность.

— Перекрёсток со всех сторон зажат многоэтажками, — обращает внимание Чупин. — Церковь будет здесь как глоток свежего воздуха. Я говорил с жителями близлежащих домов. Они готовы поддержать нашу идею.

Тюменцы на ярмарке тщеславия

— Мне не раз задавали вопрос: «А не много ли у нас церквей?» — признаётся краевед. — Отвечаю со страниц газеты: в Тюмени к началу XX века было 15 храмов на 50 тысяч жителей. Сейчас в городе проживает более 600 тысяч человек, а церквей больше не стало. Сколько их было разрушено в советские годы, столько же примерно построено в наши дни. Вы были в храме в дни православных праздников? Видели, сколько людей вынуждено стоять на улице?

— Так и машины ставить некуда. Городская проблема! — напоминаю ему.

— Значит, надо думать о строительстве подземных площадок, — отрезает он. — Существует мировой опыт регулирования количества автомобилей на улицах. В Тюмени больше половины машин — лишние. Это же показуха: кто круче авто купит! И конца нет ярмарке тщеславия. А страдает кто? Мы сами. Автолюбители часами стоят в пробках. Им это доставляет удовольствие? Но строить автостоянку на 160 мест, на мой взгляд, нецелесообразно. Разве это разгрузит город? Кроме того, она здесь долго не продержится. Вот увидите! Пройдёт немного времени, и на её месте вырастет высотка. Думаю, на площадку уже положили глаз застройщики. Так, может, лучше воссоздадим церковь, которая простояла на этом месте более двухсот лет?

— Вы набожный человек? — интересуюсь у борца за историческую справедливость.

— Я родителей, Родину и веру не выбирал. И это правильно! Для меня не существует вопроса: есть ли Бог на свете (хотя в какие-то периоды жизни были моменты разуверения), живу с молитвой, каждый день говорю спасибо Господу за радости и за уроки… хотя буду честен: в церковь хожу нечасто.