То ли музыки и цветов, то ли зарезать кого-нибудь…
Нет, не пугайтесь, всерьёз про «зарезать» речи не пойдет! Просто вспомнился герой Леонова из фильма «Обыкновенное чудо», пока наблюдала любопытную сценку в магазине. Молодая мама – спокойная, возможно, из современных продвинутых в вопросах воспитания и раннего развития – спрашивает ребёнка: «Ты какой йогурт хочешь, клубничный или банановый?». Малыш долго куксится, а потом молча тащит маму к выходу.
Вероятно, он не хочет ни того, ни другого. А может просто не хочет выбирать. Не нужен ему сейчас йогурт, и вообще магазин этот не нужен. Где-то на улице его ждут более интересные вещи.
Выбор должен быть актуальным, значимым для человека, должен заставлять его покидать зону комфорта. Другими словами — что-то менять в жизни выбирающего и окружающих его людей. Изменит что-то в моей жизни выбор между шарлоткой и яблочным пирогом, если я в принципе люблю домашнюю выпечку? Или выбор между пачкой масла в пергаменте или пачкой масла в фольге? Когда масло окажется в маслёнке, мне и моей семье будет абсолютно безразлично, какой была обёртка. А ведь я буквально час назад пять минут держала в руках обе эти пачки и не могла решить, какую из них положить в корзину. Зато выбор между «проверить у Антона уроки» и «не проверить у Антона уроки» очень даже изменит ход семейной истории, по меньшей мере, на один вечер. Если начать проверять, выяснится, что треть заданий сделана неправильно, ещё треть сделана неаккуратно, и оставшаяся треть не выполнена вообще. Его жизнь на ближайшие пару часов изменится после проверки круто: понадобится делать, доделывать и переделывать. Да и мне придётся несладко: буду как надсмотрщик грозно нависать над ребёнком, вместо того чтобы спокойно чай с печеньками попивать. Результат — слёзы, плохое настроение у всех, а уроки всё равно на пятьдесят процентов не выполнены должным образом. Второй вариант — отказ от проверки — от меня потребует других усилий: во-первых, признать право ребёнка на ошибку, во-вторых, право самостоятельно принимать решения, и, наконец, право выбирать. Конечно, в краткосрочной перспективе первый вариант предпочтительнее: хорошие оценки, восхищение других мам «и как это вы всё успеваете!», учитель, конечно же, одобрит меня как ответственного родителя, ну и ещё можно наскрести несколько плюшек. Зато в стратегическом плане оценки, полученные в начальной школе, не играют никакой роли. Ну кому будут интересны через восемь лет тетрадки второклассника? Разве что родителям — для умиления. А вот умение делать выбор и оценивать последствия потребуется стопроцентно. Но для этого надо научиться понимать, чего ты хочешь — тех самых цветов с музыкой, или…
Когда живёшь по принципу «чего хочу — не знаю, чего знаю — не хочу», когда желания смутные и неопределённые, сделать выбор невозможно. Но если ты не делаешь выбор, его за тебя делают другие.

Начали с детьми формулировать с вечера и записывать желания и обязанности на следующий день: что самое главное я хочу завтра сделать и что самое главное я должен сделать? Всего лишь одно желание и всего лишь одна обязанность. Немного, но интересная картинка получилась. У младшего, Антона, расхождение между «должен» и «хочу» огромное: хочу делать требушет, но должен делать уроки. У Алексея зачастую эти два пункта совпадают: хочу взять справку в школе — должен взять справку в школе, хочу на тренировку — должен на тренировку, хочу сделать в субботу немецкий — должен сделать в субботу немецкий. Кого из детей вы бы похвалили? Наверняка Алёшу — ух, какой он ответственный! Да, он очень удобен для образовательной системы, для родителей, потому что декларирует поощряемые готовности. Антон всем доставляет немало хлопот, нервные клетки от его выходок тают как мороженое на сорокаградусной жаре. Но именно к Лёше я очень пристально присматриваюсь: где же его настоящие желания, в каком закутке души они притаились и почему не выходят наружу? Он будто защищается от необходимости делать выбор, не позволяет себе хотеть то, что реально хочет.
Делать выбор — это всегда риск. Вдруг не получится, вдруг будут смеяться, вдруг накажут. Много всяких «вдруг» заботливо притворяются мягкой соломкой и стелются под ноги, ограждая от принятия значимого решения. Я в своей семье покажусь, наверное, диктатором, потому что не буду спрашивать, что хотят дети на завтрак. Будет на столе гречка — значит гречка. А если кому-то чего-то особенного хочется — с удовольствием приму заказ. На выходные. Ведь ни гречка, ни суп, ни макароны, ни бутерброды ничего не изменят ни в чьей жизни. Это не существенный выбор.
Однажды Алексею пришлось принимать очень нелёгкое для него решение: потратить честно заработанные на ярмарке пять тысяч на смартфон, или отложить их на поездку в Казань. Мне кажется, он иногда жалеет о своём выборе, хотя и не признаётся в этом: телефон был бы с ним здесь и сейчас, а Казань будет только через два месяца. Ему хотелось, как маленькому ребёнку, получить два горошка на ложку. Но чем старше дети, тем дороже горошки. Поэтому я предложила сыну просто оценить ресурсы, какие он приобретёт, склонившись в сторону того или другого решения. Это сработало. Лёша понял, что второго шанса может и не быть. И лучше жалеть о том, что ты сделал, чем об упущенных возможностях. А путешествие, согласитесь, дарит гораздо больше возможностей, чем новый телефон.
P.S. Честно говоря, не представляю, в какой жгут мне бы пришлось скрутиться, если бы выбор сына не соответствовал моим ценностям! Но это была бы уже совсем другая история. И совсем другой текст )))












Все комментарии проходят модерацию.
Причины, по которым комментарий удалят: