Сибирская торговая газета. 25 апреля
Обзоры старинной прессы становятся доброй традицией в нашей рубрике. Сегодня мы вновь окунёмся в историю таким методом — почитаем «Сибирскую торговую газету», которая выходила в Тюмени более чем сто лет назад.

Предисловие
Чтение вековой давности газет — увлекательное занятие. Во-первых, мы можем отчетливо видеть, чем жил и дышал наш город много лет назад, что волновало тюменцев, о чем они говорили на улицах и в разных общественных местах. Во-вторых, газеты того времени — это настоящий кладезь информации для всякого, кто увлечен краеведением. В-третьих — именно читая старую прессу, можно вникнуть в суть, идеалы, атмосферу и основы жизни наших с вами предков, жизни мещанской, зачастую непростой, но насыщенной всякого рода происшествиями.
Сегодня 25 апреля. Именно эту дату мы и взяли за основу нашего сегодняшнего обзора — 25 апреля разных лет. Хроники «Сибирской торговой газеты» хорошо отражали суть истории. Так, в 1915 году основные материалы — вести с полей сражений, в 1917-м — новости временного правительства и т.д. Происходившие в городе события отражались в хрониках, которые мы сегодня будем читать, письмах в редакцию и отдельных злободневных, и не только, материалах.
В разные годы 25 апреля материалы газеты имели и нечто общее. Так, практически каждый год подробно освещались погода, состояние рек и скорое открытие навигации (иногда она была уже открыта к этому времени). Погода, к слову, часто стояла скверная. Происшествия — о кражах, пожарах, убийствах и пр. — рубрика, к сожалению, очень большая и объемная. Много внимания уделялось и культуре — театру, концертам, творческим вечерам. Рецензии бывали как хвалебными, так и практически уничтожительными…
Главной особенностью материалов 25 апреля в «Сибирской торговой газете» стало освещение тезоименитства (именины августейших особ) императрицы Александры Фёдоровны. Ежегодно 23 апреля в Знаменской церкви проходили праздничные молебствия, затем — парады и салюты. Город был украшен флагами.
Ну а то самое интересное, необыкновенное и занимательное — далее в нашем обзоре. Итак, слово «Сибирской торговой газете», 25 апреля…
Хроника
25 апреля 1898 г. ИЗ КАМЕРЫ МИРОВОГО СУДЬИ. 21 апреля в камере мирового судьи 2 уч., разбиралось дело по обвинению проживающим в г. Тюмени тобольским мещанином из ссыльных Цихалевским акцизного чиновника Репина в оскорблении, т. е. в преступлении, предусмотренном ст. 130 Устава о наказании.
В один сентябрьский вечер в помещение приказчичьего клуба прибыл г-н Репин, член клуба, в сопровождении двух введенных им гостей. Вскоре у одного из гостей некоего г-на Анисимова, возникло недоразумение с буфетчиком из-за заказываемых кушаний, причем г-н Анисимов, не получая требуемых блюд, позволил себе разорвать карточку. За таковой проступок Анисимов при содействии старшин был выведен из клуба. Тогда г-н Репин, как член собрания, заявил протест и указал на весьма существенное нарушение устава — присутствие в клубе уголовного ссыльного Цихалевского, маклака по профессии, который, однако, не подвергается остракизму. В этом смысле г-ном Репиным было написано заявление в особую имеющуюся в клубе книгу.
Узнав содержание заявления, Цихалевский прозвище «маклак» нашел для себя оскорбительным и привлек Репина к ответственности по 130 ст. На суде г-н Репин заявил, что хотя по закону (20 ст.) он имеет право на прекращение дела по давности, но просит дело разобрать, причем добавил, что, называя Цихалевского маклаком, не имел в виду оскорбить его, а указал на маклачество как на занятие Цихалевского, что он может доказать показаниями свидетелей. Мировой судья не нашел, однако, нужным вызывать новых свидетелей. Цихалевский, настаивая на обвинении Репина показал, что он, занимаясь в городе лечением животных, неоднократно бывал вводим в клуб членами и в этот раз его также пригласил в бильярдную член клуба Мусин-Пушкин, хотя в книгу для гостей он, Цихалевский, записываем не был. Присутствовавшие на суде свидетели, старшина и два члена возражений на это не сделали.
Мировой судья, ознакомившись путем расспросов с клубным уставом, спросил одного из свидетелей, каким образом Цихалевский, человек для клуба совершенно посторонний, мог узнать детальное содержание заявления Репина и для кого вообще предназначается книга заявлений и жалоб. Свидетель показал, что книгу жалоб могут рассматривать только члены собрания, а Цихалевский мог воспользоваться ею, например, через лакея.
По окончании судоговорения мировой судья постановил: не находя состава преступления в деянии г-на Репина, считать его по суду оправданным.
25 апреля 1901 г. «Сиб. жизнь» рисует неприглядное состояние ветеринарного дела в Тобольской губернии. Правильная регистрация скотоводства немыслима при крайней незначительности тех ветеринарных сил, какими располагает губерния: в Сургутском и Березовском уездах нет ни врачей ни фельдшеров; Тюменский и Туринский уезды находятся в заведывании только одного врача; громадные территории таких уездов, как Тарский и Ялуторовский, где имеется довольно развитая скотопромышленность, предоставлены ведению также одного врача. Кроме губернского ветеринара, ведущего главным образом административную часть, и 5 пунктовых ветеринаров, надзору которых подлежат перегоняемые гурты промышленного скота, ветеринарный персонал губернии составляют 12 сверхштатных ветеринаров и 2 врача для сельского населения; специальную функцию этого персонала составляет надзор за крестьянским скотом и сельскохозяйственным скотоводством. К сожалению, в этой именно последней области, наиболее важной, замечается и наиболее прорех: число незанятых ветеринарных вакансий дошло до 7, и громадные пространства фактически остаются подолгу без всяких ветеринарно-санитарного надзора и помощи. Вот почему некоторые уезды губернии являются «благополучными» от таких губительных эпизо-отий, как повальное воспаление легких или сибирская язва, иначе говоря, вот почему из некоторых уездов совсем не имеется сведений о повально-заразительных болезнях на домашнем скоте, хотя зараза, несомненно, существует.
25 апреля 1902 г. На днях в деревне Волковой, Красногорской волости, Верхотурского уезда, у одного крестьянина родился необыкновенный ребенок — мальчик о трех головах. Первая пропорциональна с другими частями тела и все члены нормальны, вторая сравнительно большая и покрыта густыми, черными, вьющимися волосами, помещается на первой и имеет овальную форму. На ней имеется третья, имеющая такую же форму, но совершенно голая. Длина всех голов ребенка превышает длину туловища на три вершка. Остальные части тела нормальны. Ребенок жил всего 4 дня. Роды были необыкновенно мучительны, а мать, увидавши в первый раз своего ребенка-урода, впала в бессознательное состояние и находилась в нем около 2 суток.
25 апреля 1904 г. Маленькая «сказка жизни» происходит в настоящее время.
Тридцать лет тому назад в вяземской тюрьме убили арестанта Чаева. Подозревался в этом преступлении арестант Эркеев, отправленный было ранее по другому обвинению в ссылку. Выписывали было его, но из Сибири прислали случайно другого. «Настоящий» Эркеев затерялся. Прошло тридцать лет. Тюменский приказ о ссыльных в числе подлежащих к исполнению бумаг случайно нашел дело об Эркееве. Отыскался Эркеев. Давно уже отбыл он срок наказания своего. Ему — около 60 лет. Теперь он обзавелся в Сибири хозяйством, семьей и, по заявлению начальства, вел безукоризненный образ жизни.
Старика выслали ныне этапом сначала в Смоленск, оттуда в Вильну… Скоро будет он в Вязьме. Здесь его будут судить «по подозрению в убийстве». Предстоит, выражаясь слогом судебных отчетов, небезынтересный процесс…
Что это? Fiat justitia, pereal mundus?
25 апреля 1909 г. Народный дом вновь начинают сдавать для постановки спектакля лицам, никакого отношения к сцене не имеющим. 23 апреля какие-то горе-артисты во главе с «артистом» Дубровиным ставили «Дядю Ваню» Найденова. Что это был за спектакль — один Аллах ведает. С позволения сказать «артисты» не только играть или читать роли, но и ходить по сцене не умеют. В заключение разыгран был веселый водевиль, участниками коего кроме Дубровина и др. артистов были кредиторы и полиция. Здесь был г-н Дубровин хорош: схватив кассу и шапку, он пустился домой, заявив, что ему и одному хватит сбору, а делиться с кредиторами (за вешалку, афиши и т.д.) он находит излишним. «Ждите, господа, воскресения», будет сбор, и вы получите… вновь шиш.
25 апреля 1910 г. На днях в Тюмени учредителями получен утвержденный министром торговли и промышленности Устав частного коммерческого училища Колокольниковых в Тюмени. Училище со всеми правами средних учебных заведений министерства народного просвещения. Более детально с уставом училища мы познакомим читателей на днях.
И далее — 29 апреля 1910 г. КОММЕРЧЕСКОЕ УЧИЛИЩЕ. 10 апреля 1910 года утвержден г-ном министром торговли и промышленности устав мужского частного восьмиклассного коммерческого училища Колокольниковых в Тюмени с правами правительственных средних учебных заведений, причем разрешен прием в училище для совместного обучения также и девочек. Осенью открываются приготовительный и первый классы училища. Заявления о желании поместить детей в училище подаются на имя представителя от учредителей. К заявлению прилагаются свидетельства о звании, рождении и об оспопрививании. Возраст мальчиков и девочек, поступающих в приготовительный класс, 9–11 лет, в первый — 10–12 лет. Испытания будут производиться в этом году в пределах программы реальных училищ. Приемные экзамены с 20 августа. Начало занятий 1 сентября. Плата за учение 50 рублей в год. Представителем от учредителей состоит Мария Николаевна Колокольникова.
25 апреля 1917 г. В уезде. Из телеграммы тюменского уездного комиссара, помещенной в «Изв. Тов. К-та», видно, что в течение последней недели по всему уезду эмиссары исп. к-та организовывали волостные и сельские комитеты, дело еще не окончено. Некоторые эмиссары оказались не отвечающими назначению.
Вдова Распутина в с. Покровском просит оградить личную и имущественную безопасность ввиду угроз крестьян. Комиссар свидетельствует, что уездный продовольственный комитет совершенно неработоспособен; семенной хлеб недвижим, нет третьего элемента.












Все комментарии проходят модерацию.
Причины, по которым комментарий удалят: