4 июля 2020№109 (7390)Краеведение

Портрет доброго сибирского врача

В самом конце XIX столетия в Тюмени жил и работал молодой врач — Иннокентий Михайлович Кулябко (1872 г. р.). Работал совсем недолго — всего каких-то несколько месяцев. Но за это время успел влюбить в себя буквально весь город. Как именно — постараемся разобраться ниже.

О скорби и дожде

Во вторник, 13 июня 1900 года, «Сибирская торговая газета» сообщила страшную новость — от апоплексии скончался всеобщий друг и любимец, молодой перспективный врач, незабвенно обожаемый всей тюменской детворой, Иннокентий Михайлович Кулябко. Чуть позже, 15 и 16 июня, в той же газете выходит большой траурный материал «Венок на могилу Иннокентия Михайловича Кулябко». Материал очень искренний, переполненный настоящей болью и скорбью, уважением и любовью. Здесь — и слово о. Алексея Ребрина, и воспоминания близких об усопшем, и печальный рассказ о последних днях жизни молодого доктора, о литургии, проходившей в Архангельской церкви (на которую успели далеко не все, ибо этот вторничный номер газеты попадал в отдаленные места города с опозданием), и о похоронной процессии…

Вот цитата: «После обедни началось отпевание, после которого при прощании с умершим певчими была исполнена концертная стихира «Плачу и рыдаю, егда помышляю смерть». На гробе умершего лежали в день похорон пять металлических венков, к началу отпетия был внесен в церковь и возложен к ногам умершего шестой, большого размера с лентою и надписью на ней; был также венок и от детей-пациентов с надписью: «От благодарных и любящих детей — незабвенному врачу».

По окончании отпевания гроб умершего подняли товарищи умершего — врачи, у. исправник, Т.Ф. Калугин (автор знаменитого «Справочника и адрес-календаря по городу и уезду». — Д.П.) и полицейские чины и шествие с преднесением венков направилось на Царскую улицу в предшествии певчих, духовенства и толпы родственников, друзей, знакомых и посторонних молящихся. Медленно направилось шествие к могиле, в Троицкий монастырь при печальном погребальном перезвоне с колокольни Михайло-Архангельской церкви. Погода благоприятствовала выносу покойного, и только с приближением к монастырю идущая с юго-запада тучка напоминала печальной процессии о том, что вот-вот и она сию минуту прольет свои слезы и оросит холодную, сухую безвременную могилку. И только что стали опускать гроб в могилу, как заморосил дождь; не успели зарыть могилы, как полил благодатный, давно желанный всеми дождь. Все провожающие успели укрыться от неожиданного, хоть и желательного, благодетельного гостя».

О жизни и болезни

Биография Иннокентия Михайловича в «Сибирской торговой газете», записанная со слов родственников, друзей и близких коллег, также весьма красноречива, она отличается большой эмоциональной составляющей. Считаю своим долгом процитировать ее дословно:

«Сын малообеспеченного семейного чиновника, с ранних лет открытая, честная, привлекательная природа юноши, одаренного благородными порывами и сознанием честности, исполнения нравственного долга перед собою и ближними, не во благо только себе, но преимущественно ближних, И.М. еще на гимназической скамье отличался редким в наше время благонравием, дружбою с товарищами, не переходящею за границы позволительного и возможного, любовью и усердием к классическому образованию; по окончании курса в Тобольской гимназии поступил в Томский университет, где окончил курс по единственному тогда медицинскому факультету с званием лекаря; 2,5 года назад тому был определен сельским врачом в Тюменский уезд, в Тавдинский участок, в котором становым приставом (в Тавдинском крае) также с честью проходил должность участкового станового пристава родной брат его, Мих. Мих.; пробыв полтора года сельским врачом, как человек бескорыстный и честный труженик своего дела по профессии, Инн. Мих. успевал обозревать свой район, всюду поспевал на помощь больным; не гоняясь за гонораром, к которому он, кажется, и впоследствии относился индифферентно, покойный в какие-нибудь полтора года снискал к себе всеобщую любовь и привязанность меньшего брата, крестьянина-пахаря, и вместе с тем стал скоро известен губернской врачебной администрации, как усердный и исправный врач и ровно год (12 июня 1899 г.), как он получил новое назначение на праздное место тюменского сельского врача 1-го района, с заведыванием сельскою лечебницею в городе, в бараках, с резиденциею в городе вместо оставившего службу врача Нонявы. Осенью, в сентябре, переехав на жительство в г. Тюмень, Иннокентий Михайлович сразу стал известен не только сельскому, но и городскому обществу, без боя завоевал себе симпатии, любовь, расположение; не ласкательством, не угодливостью или другими низменными побуждениями руководился молодой и новый сельский врач — нет, это было чуждо ему как хорошо воспитанному и выдержанному человеку, и просто такими, как бы сказать, неуловимыми свойствами своей честной, открытой, прямой души, которая, видимо, отражалась на его лице, так что, раз встретившись с ним, невольно чувствуешь к такой личности какое-то, если можно сказать, безотчетное влечение. Вот эта-то непонятная сила и завоевала ему поле деятельности и всеобщей к нему симпатии без тени какой-либо зависти, соревнования и проч. «Лицо есть зеркало души», — говорили древние. В данном случае это была святая правда».

Он без остатка отдавал себя служению медицине. Еще в феврале стали проявляться симптомы — его правая рука неестественно дергалась, немела, что отдавалось большой головной болью. Однако Иннокентий Михайлович не придавал этому большого значения — наотрез отказывался от поездок к коллегам в Томск и Казань, а когда родственники, друзья предлагали ему хотя бы посоветоваться с коллегами, он сразу уходил от разговора, убегал к себе в больницу, где его ждали пациенты. Так он вылечивал множество больных, в том числе сотни детишек, и начисто отказался думать о собственном здоровье. Это его и погубило. Однажды, правда, он совещался с местными тюменскими коллегами и предпочел сам себе поставить диагноз о том, что проблемы эти связаны с его запорами и в них нет ничего страшного. На деле же все оказалось куда хуже. 11 июня 1900 года он испытал последние конвульсии, не успев даже сказать последнего, прощального слова. Ему было всего 28 лет…

К сожалению, нам не удалось найти изображения И.М. Кулябко, чтоб можно было постараться разглядеть те самые восхитительные черты лица его, о которых с таким трепетом и пиететом писал автор газетной статьи.

О родственниках

Заинтересовавшись столь эмоциональными материалами о человеке, чье имя попросту отсутствует в краеведческой литературе Тюмени, я решил провести небольшое расследование, касающееся его ближайших родственников. На помощь пришел «Малороссийский родословник». И вот что удалось найти.

Итак, по сведениям из родословника, И.М. Кулябко окончил курс Омской гимназии и в 1897 году — Казанского университета. Это полностью противоречит информации родных и близких ему людей, и данная тема, несомненно, нуждается в изучении и дополнении.

Отец его, Михаил Симонович Кулябко, родился в 1842 году. Окончил курс Тобольской гимназии. Был коллежским асессором, смотрителем Алеусских соляных озер. В 1864 году был женат на Надежде Ивановне Курзиной, дочери чиновника. С 1866 года — на Людмиле Яковлевне Злобиной (1846–1870), купеческой дочке из Тюмени. Фамилия Злобиных, стоит сказать, также очень плохо изучена. Однако мы можем сказать, что Людмила Яковлевна, вероятно, была одной из тех купеческих дочек Злобиных, что в 1857 году принимали участие в первом любительском театральном представлении в городе Тюмени. Не исключено, что Михаил Симонович Кулябко присутствовал на том спектакле. От короткого брака Кулябко и Злобиной появился на свет Михаил Михайлович Кулябко (1867 г. р.) — тот самый брат Иннокентия Михайловича, о котором идет речь в биографии нашего героя. Так, М.М. Кулябко проходил службу земским заседателем в Тобольской губернии. В 1871 году Михаил Симонович Кулябко взял в жены дочь статского советника Калерию Александровну Пачекунину (1850 г. р.), которая родила ему семерых детей. Старшим из них и был Иннокентий.

У Михаила Симоновича Кулябко был брат Александр Симонович — отец самого, пожалуй, известного носителя фамилии, Алексея Александровича. А.А. Кулябко — выдающийся физиолог, заслуженный профессор Томского университета, один из основоположников медицинского образования в Сибири и, как выяснилось, двоюродный брат Иннокентия Михайловича Кулябко. Алексей Александрович вошел в историю тем, что первым в мире оживил сердце ребенка спустя 20 часов после смерти. «В 1905 году ему доставили сердца детей, умерших от пневмонии в одной из петербургских клиник. Кулябко подвесил их на трапеции и подвел к каждому теплый физиологический раствор, насыщенный кислородом. Жидкость попадала по остатку аорты в сердечные сосуды, проходила через капиллярную сеть и стекала через вены. Первые опыты ученого ни к чему не привели: десятиминутная прокачка раствора не оживляла мертвые сердца. Тогда «по законам жанра» профессор вышел в буфет попить чайку, забыв снять сердце с трапеции. Вернувшись через полчаса, он застал орган сокращающимся — через сутки после смерти!» (информация из открытых источников).

Коротко о братьях и сестрах Иннокентия Михайловича Кулябко. Мария Михайловна, 1873 года рождения. Информация о ней пока отсутствует. Валериан Михайлович, 1879 г. р., кадет Омского кадетского корпуса, штабс-капитан, помощник старшего адъютанта при Управлении заведующего артиллерийской частью Омского военного округа. В открытых источниках можно найти документы с упоминанием имени майора Валериана Кулябко. Иулиания Михайловна Мизина, уроженка Тобольска (7 декабря 1882 г. — 8 июня 1969 г.), в 1960 году она проживала в г. Томске, на ул. Татарской. Эугения и Агнеса Михайловны, 1884 г. р. Информация, увы, отсутствует. Нет информации и об Ульяне Михайловне, родившейся в 1882 году.

 

Как видно, тема эта очень интересна и требует дальнейшего изучения. Поэтому если вы, дорогой читатель, обладаете какой-нибудь информацией о сибирском роде Кулябко, об их судьбах и потомках, просьба сообщить об этом в редакцию газеты «Тюменские известия» с пометкой «для Дмитрия Падерина».

Дмитрий Падерин

Поделиться
Поделиться

    Настоящий ресурс использует сервис веб-аналитики Яндекс Метрика, предоставляемый компанией ООО «ЯНДЕКС», 119021, Россия, Москва, ул. Л. Толстого, 16 (далее — Яндекс), сервис Яндекс Метрика использует файлы «cookie» с целью сбора технических данных посетителей для обеспечения работоспособности и улучшения качества обслуживания. Продолжая использовать ресурс, Вы автоматически соглашаетесь с использованием данных технологий.

    Собранная при помощи «cookie» информация не может идентифицировать вас, однако может помочь нам улучшить работу нашего сайта. Информация об использовании вами данного сайта, собранная при помощи «cookie», будет передаваться Яндексу и храниться на серверах Яндекса в Российской Федерации.

    Вы можете отказаться от использования «cookie», выбрав соответствующие настройки в браузере.

    Подробнее о нашей политике обработки персональных данных.