Отец семейства

Судьбе семьи и потомства Степана Леонтьевича Евдокимова посвящена целая книга его внука Николая Баскакова «Коллективизация и Евдокимовы из Калачиков». Мы же постараемся очень коротко рассказать его историю. Так, в книге есть такие слова: «Что же мы знаем о своих предках? Только то, что прадеда моего звали Леонтием Васильевичем, жену его Марфой Варламовной. Но почему-то моя мама, Варвара Степановна, называла ее или Васеночкой, или Васенихой. Так звали ее и в деревне…»

Итак, Степан Леонтьевич Евдокимов, младший из детей (девятый по счету) этих самых предков. Родился он, по рассказам детей, в деревне Калачики (близ Тугулыма) 22 апреля 1870 года, «в один день с Лениным». Рос высоким, крепким, красивым парнем. Еще до совершеннолетия полюбил он Екатерину Матвеевну Охоткину, которая была несколько старше его. Ждала, пока «повзрослеет» избранник, около двух лет. Так, на совершеннолетие Степана, в 1888 году сыграли свадьбу. И было у них 8 детей — 6 девочек и два мальчика. Степан Леонтьевич даже огорчался, что в основном рождались девочки. Брал младшую на руки и говорил: «Ну почему ты не парень?» На сохранившейся фотографии 1912 года запечатлены все, кроме старшей дочери Евдокии — она была уже замужем и имела сына.

Дружно жила крестьянская семья, благо отец был очень пробивным, расторопным. Уже после 1900 года имел трех лошадей, держал много скота — коров, овец, свиней. Новая экономическая политика сыграла благотворную роль для развития хозяйства. Благодаря кредитным товариществам была возможность занимать денег и покупать необходимую технику. Так у Степана Леонтьевича появилось 6 конных машин (в складчину с детьми и сватами): косилка, сброска, сноповязалка, даже трактор и паровая молотилка. Деньги занимал в уездном Камышлове. Еще молодым ездил он на Ирбитскую ярмарку, нанимался возить товары туда и обратно, до станции Пульниковой Сибирской железной дороги, и до Сибирского тракта, и до Камышлова. В 1920-х годах наладил торговлю с будущим родственником, купцом из деревни Большая Ефремова Денисом Федотовичем Корякиным.

А в конце 1928 года в деревне началась «катавасия», зазвучали слова «коллективизация», «кулак», «подкулачник», «середняк» и другие… А 15 февраля 1929 года Степан Леонтьевич с супругой и дочерью Анастасией, как и его сын Дмитрий Степанович со своей семьей (у них было общее хозяйство, жили в одном отцовском доме), отправились в долгую и утомительную ссылку на берега Оби.

Какое-то время провели на Гусевом болоте, где были бараки рабочих-добытчиков торфа. Это жуткое место по сей день ассоциируется у местных жителей с наказанием, тюрьмой, каторгой. «Гусева Болота на тебя нет!» Ехали на своих лошадях. На каждой подводе — по возу сена, инвентарь, по три-четыре человека. Евдокимовы ехали на двух подводах. Так от Гусева Болота до Тюмени. Из Тюмени поехали на север. Двести подвод, человек 500 всего, да продукты, да охрана… В одной из деревень близ Тюмени кто-то поджег возы с сеном в одной из партий. Сгорело много подвод… Много народу умирало в пути, и не только от бесчинств лихачей и наглецов, стремящихся ограбить и так уже обнищавших людей, но и, конечно, из-за погоды. Перемещались по лютому морозу по 10-12 часов в сутки без остановок.

Доехали до деревни Черный Яр на р. Демьянка к осени 1929 года. Там Евдокимовы провели зиму. Сибиряки с большим пониманием отнеслись к обездоленным людям. Встретили и поселили у себя Нестор Михайлович и Настасья Ивановна Овсянкины. У них был большой дом на две половины (мужская и женская), большая семья — 5 сыновей и одна дочь. Именно в женскую половину и заселили на зиму сразу несколько семей сосланных. Было голодно, зарабатывали на хлеб кто как мог: ткали, шили, стежили одеяла, фуфайки, некоторые даже вышивали и вязали крючком на заказ кружева. А парни у хозяев — молодые, красивые, в меховых дубленых полушубках, подпоясанных красными опоясками. Трое сыновей работали в зиму ямщиками, и у каждого была тройка лошадей. Возили почту и грузы по «ямам» вдоль Иртыша. Сам Нестор Михайлович работал лоцманом в Госпаровском пароходстве. А когда началась навигация 1930 года, первыми же собрали на высылку хозяев… Нестор Михайлович открыл ледник и сказал остающимся, чтоб не стеснялись, ели что захотят. А там — целыми бочками засоленные грибы, квашеная капуста, картошка… В дорогу ничего взять не разрешили. Чуть позже Анастасия Степановна, младшая дочь Евдокимова, что была сослана вместе с ним, отправилась в Сургут на курсы бригадиров. Там встретила Николая Нестеровича Овсянкина, одного из сыновей Нестора Михайловича. 17 апреля 1934 года они поженились…

Так и покатили Евдокимовы далее на север. Должны были доехать до самого Обдорска (ныне Салехард). Да вот только даже лошади не смогли выдержать ужасов такого изнурительного пути и «устали» менее чем на полпути. И решено было поселить «кулаков» в Сытомино и на Заряме (совсем рядом, в пешей доступности), что в Сургутском районе, на живописном берегу Оби.

Условия были ужасными. Холод, голод, мор. Цинга — основная проблема. Степан Леонтьевич, будучи человеком предприимчивым, семье, землякам посоветовал пить хвойный отвар. Да и родные из Калачиков присылали иногда сушеных овощей — это разрешалось. Одно время обдирали сосны и ели болонь. Горько. Но как-то спаслись от голода и болезни. Стало легче, когда расположились у воды, стали работать в рыбартели, и какая-то часть рыбы попадала в еду, хотя надсмотрщики из комендатуры зорко следили, чтобы переселенец не прихватил лишнего. Кости рыбьи не выбрасывали — сушили и толкли, припасая рыбью муку. Бывало и такое, что добавляли ее в муку зерновую, которая в определенных количествах выдавалась каждой семье на распутицу весной и осенью, на лютые морозы и падеры (вьюги) зимой.

Однажды, летом 1931 года, в Сытомино приехала дочь Степана Леонтьевича Варвара Степановна Баскакова. Привезла справку, в которой говорилось, что «Евдокимовы высланы неправомочно», можно возвращаться. Но Степан Леонтьевич отказался. Все его дети из Талицкого района тогда уже были в списках на раскулачивание, да и самого его ограбили, он стал изгоем. В его доме на родине находился сельсовет. Сказал: «Оплевали, опозорили. Не поеду. Да и долго не наживу — болею. Здесь мои дети остаются». Да, Дмитрия и Анастасию Степановичей почему-то не спешили отпускать. Видимо, молодые, хорошие работники были. А Степану Леонтьевичу — 60 лет уж…

Так и продолжил он работать в артели. Причем был бригадиром. Таковым он стал еще в дороге — сопровождающий их надсмотрщик оказался неграмотным, оттого и сделали Степана Леонтьевича ответственным. И случилась такая история.

В артель, не вполне правомочным путем, вливались сотни переселенцев — с южных районов Сибири и Урала. Ни сургутяне, ни «кулаки» не боялись тяжелой работы. Но были и репрессированные с Украины, так называемые «махновцы» и «петлюровцы». В бригаде, которую возглавлял Степан Леонтьевич и где был его сын Дмитрий Степанович, украинцев было большинство. Они с трудом переносили холод, назойливую мошкару и не могли плодотворно работать. Кляли советскую власть и коммунистов и саботировали просьбы «начальников», «москалей и сатрапов». Бригадира называли «комиссаром, коммунистом», хотя он тоже был сослан по тяжелому обвинению.

Однажды осенью сети и невода оказались поставленными, в них попало много рыбы. На реке началась буря. Пошел снег, слякоть. Сети и рыбу нужно было спасать. Украинцы отказывались идти на широкую реку. «Вам, коммунякам, надо, вы и лезьте в воду!» Бросились в лодки только русские, среди них отец и сын Евдокимовы. Один греб, другой выбирал из воды снасти. А на подходе к берегу две лодки столкнулись. Степан Леонтьевич упал в воду. Пока добирался до берега, пока оказался в тепле, продрог. Простыл и совсем скоро умер.

Через год, не выдержав горечи потери и жутких условий, скончалась и его супруга Екатерина Матвеевна…

Дети

Их дети в 1930-х годах оказались разбросаны по всей стране. Не по своей воле. Органы власти постарались, чтоб разрушить не просто одну семью, но и все остальные семьи, что были родственны Степану Леонтьевичу Евдокимову. Итак:

Евдокия Степановна Чертовикова (1893 г. р.). В 1930 году из д. Боровой сослана с семьей в г. Богословск (Карпинск) на угольные копи.

Афанасий Степанович Евдокимов (1895 г. р.). В 1931 году из д. Калачики сослан с семьей в Карельскую республику, в окрестности Беломорья.

Валентина Степановна Поскотина (1898 г. р.). В 1936 году из д. Москвиной выслана с семьей в Омскую область, в Крутихинский район, на 5 лет.

Дмитрий Степанович Евдокимов (1903 г. р.). 15 февраля 1929 года выселен из д. Калачики вместе с отцом, матерью и семьей сначала на Гусево Болото, в феврале 1930 года — в Сытомино, или Зарям Тобольского округа Омской области.

Наталья Степановна Цепелева (1906 г. р.). В 1933 году была выселена из д. Пульниковой. Выселена в пригород Талицы. Муж умер от инфаркта сразу.

Парасковья Степановна Маслакова (1907 г. р.). В 1933 году из д. Ивановки выслана с семьей в Пермскую область, в Кизеловский угольный бассейн.

Варвара Степановна Баскакова (1909 г. р.). В 1931 и 1932 годах была вместе с семьей предназначена к ссылке на Север Урала, но муж чудом завербовался в совхоз «Пионер», и, бросив дом, семья переехала туда из д. Москвиной.

Анастасия Степановна Овсянкина (1911 г. р.). В 1929 году вместе с отцом и матерью и семьей старшего брата из Калачиков выслана на Гусево Болото, в 1930 году — в Омскую область, в Зарям, затем — в Сургут.

Потомки Евдокимовых из Калачиков по сей момент разбросаны по стране. Некоторые из них живут в Тюмени…

Продолжение следует…