27 ноября 2020№210 (7491)Краеведение

История одной петиции

Неспокойной осенью 1905 года, до введения в Тобольской губернии военного положения, в Тюмени легально было зарегистрировано сразу несколько либеральных и агрессивно настроенных к власти организаций и кружков.

История одной петиции

Дмитрий Падерин

Самым многочисленным и заметным из них стал Клуб союза рабочих. Но немалую роль в истории нашего города сыграл и семейно-педагогический кружок.

О деятельности Клуба союза рабочих, располагавшегося в доме Буркова на Садовой улице, мы знаем достаточно хорошо. Но родительский кружок, позже ставший семейно-педагогическим, основанный в то же время, часто выпадает из зоны внимания местных краеведов.

Так, 16 октября 1905 года группа учащихся реального училища участвовала в первой городской политической демонстрации, после чего отказалась посещать занятия. Тогда и был основан кружок под руководством Г.Г. Перфильева. В организацию вошли ученики и студенты трех работавших на тот момент средних учебных заведений города: Александровского реального училища, коммерческого училища Колокольниковых и женской гимназии.

Конечно, основной целью семейно-педагогического кружка являлось реформирование традиционной схоластической системы образования в нашем городе. Помимо того что консервативный взгляд на образование подбивал либерально настроенных студентов вставать в защиту собственных интересов, а из-за отсутствия государственного финансирования учебных заведений годовая плата за обучение была неподъемной для большинства горожан, вне школьных занятий ученики и ученицы были также несвободны. Например, ученицам женской гимназии запрещалось сидеть на лавочках около магазинов, посещать электротеатры, театры — только с разрешения председательницы гимназии… А ученики реального училища за проступки, связанные во многом с тем же (посещение электротеатров), запросто могли угодить в карцер или быть исключены из учебного заведения.

Общество в 1905 году было сильно нестабильно. Оттого подобные формирования часто становились официальным прикрытием для деятельности конкурирующих оппозиционных партий. Так, нечастые упоминания в печати семейно-педагогического кружка указывают на принадлежность активистов и лидеров организации к конституционно-демократической партии («кадеты»). После введения в городе военного положения зимой 1905 года все подобные кружки были закрыты, а их лидеры арестованы и высланы из города. Касалось это и семейно-педагогического кружка, и лично Г. Перфильева.

О том, какой вклад внес семейно-педагогический кружок в историю нашего города и почему на это стоит обратить внимание, наглядно говорят несколько интереснейших публикаций в «Сибирской торговой газете». Так, 27 ноября 1905 года в городской хронике была опубликована такая информация:

«В Семейно-Педагогическом кружке. На собрание 20 ноября в кружок явилось более 200 человек публики, не считая учащуюся молодежь; собрание началось чтением телеграммы на имя министра народного просвещения и обращения кружка к директору г. Словцову, печатаемого в сегодняшнем номере. Текст того и другого был одобрен собранием; председатель просит подписать то и другое присутствующих; при чем завляет, что подлинный с подписями будет храниться при делах кружка, а копия, заверенная председателем кружка, будет вручена г. Словцову. Делается перерыв для подписи, которая идет очень медленно, особенно нерешительно подписывают родители; всего подписывает во время перерыва 97 человек.

По окончании подписи председатель заявляет, что в семейно-педагогическом кружке есть группа лиц, находящих необходимым послать к министру народного просвещения депутатов от кружка, чтобы они лично ходатайствовали об увольнении Словцова, поэтому эти лица находят лишним подписать обращение к Словцову; впрочем, посылка депутатов в Петербург возможна тогда лишь, когда все средства воздействия на г. Словцова будут использованы.

Читается затем текст обращения к педагогическим советам женской гимназии и Реального училища о немедленном удовлетворении всех требований учащихся. Ученицы женской гимназии просят, чтобы в это обращение были включены и их частные требования, которые пропущены; особенно они настаивают на том, чтобы были отменены экзамены в VIII классе; от требования отмены экзамена в VII классе они отказываются. Начальница гимназии заявляет, что отмена экзаменов в VII классе, ввиду системы выдачи дипломов — не может быть произведена, это вопрос государственный, что же касается до экзаменов в VIII классе, то они бесполезны и об этом уже сам педагогический совет хлопочет; без разрешения попечителя учебного округа сделать этого невозможно. Решено требование гимназисток включить в обращение к педагогическим советам. Ставится на обсуждение вопрос о необходимости немедленно же приступить к занятиям в Реальном училище. При этом депутат от учащихся сделал заявление, что у них на общей сходке выработана следующая резолюция, которая имеет быть поданной в педагогический совет:

1) если петиция учащихся не будет принята педагогическим советом, то учащиеся в Реальном училище и Гимназии прекращают занятия; если петиция будет принята, то педагогический совет должен в три дня рассмотреть ее, разрешить, если хоть один пункт петиции не будет уважен, ученики бастуют;

2) занятия они начнут при следующих условиях:

а) заменить преподавателя Погоржельского Подшиваловым и

б) преподаватели, объявившие бойкот VII классу, должны взять свои слова назад.

После многих разговоров было постановлено просить педагогический совет Реального училища принять во внимание и настоящую петицию реалистов. Что касается бойкота преподавателями учеников, то раз начнутся занятия в VII классе, этот вопрос решается сам собою».

Так, в том же номере газеты, от 27 ноября 1905 года, был опубликован текст той самой петиции. Вот он:

«Г. директору Тюмен. Реальн. училища. Милостивый государь Иван Яковлевич! Четверть века тюменское сообщество было свидетелем вашего руководительства Реальным училищем.

К глубокому сожалению, время это совпало с расцветом самой жестокой реакции. Когда во главу школьного воспитания положена была не наука, а политика и на Вашу долю, как и многих других, выпало отдать свои силы на служение не развитию, а порабощению в юношестве свободного человеческого духа.

Полицейский режим угнетения и бесправия свил себе прочное гнездо в Тюменском Реальном училище и Тюменское общество было свидетелем, как попадавшие в педагогическую среду отдельные личности, пытавшиеся бороться с этим режимом, очень скоро, под Вашим давлением, или исчезали со сцены, или, вместе с Вами, принимались в конце концов насаждать ту же систему шпионства и разврата человеческого духа. Тюменское общество было свидетелем и того, как многие учащиеся, преимущественно из богато одаренных и пылких натур, под давлением этого режима, принуждены были выйти из училища и погубить свою, при других условиях, может быть, блестящую будущность.

С болью в сердце общество вынуждено было мириться с этим порядком и выслушивать на торжественных актах Ваши уверения о «блестящем» состоянии училища.

Теперь, под напором всех прогрессивных сил страны, рухнул наконец этот проклятый режим.

Очутившись под впечатлением общего радостного настроения по поводу наступившего освобождения России от многовекового рабства и угнетения, общество надеялось, что и школа также с радостью стряхнет с себя позорное ярмо и вместе с ним пойдет навстречу лучшему будущему, приняв участие в общей созидательной работе нового свободного строя. Но надежды оказались иллюзиями, и после 17 октября наша школа хочет остаться тем же, чем была и до 17 октября. Вы еще с большим, кажется, ожесточением принялись всячески преследовать проявление всего живого в ученической среде, все еще пытаясь подавить то, что уже взяло верх и властно разлилось могучим потоком по всей стране. Усилия Тюменского общества создать тесное единение между школой и обществом и направить взволнованное юношество на путь живой планомерной работы на общую пользу вызвали с Вашей стороны недостойное двусмысленное отношение. Согласившись предоставить учащимся свободу собраний в стенах школы для обсуждения своих нужд и удовлетворения потребности в саморазвитии, Вы по-прежнему стали пытаться взять все в свои руки и регламентировать каждый шаг, не останавливаясь перед произвольным запрещением того, на что Вы же сами накануне дали свое согласие.

Волнение между учащимися продолжало расти, вместе с тем росло и Ваше упорство и, наконец, наступил кризис. Вдохновляемый Вами педагогический совет, от участия в котором Вы однако предусмотрительно уклонились, 18 сего ноября постановил закрыть VII класс.

Эта бессмысленная и жестокая мера, могущая по современным условиям иметь гибельные последствия и не для одних учащихся, переполнила наконец чашу терпения и на заседании 19 ноября единодушно решено добиваться освобождения юношества и школы от Вашего просвещенного влияния…»

Заканчивается петиция убедительными просьбами и «советом» Ивану Яковлевичу побыстрее покинуть занимаемый пост — все за подписью председателя Г. Перфильева. Здесь же имеется и ответ Словцова, который говорит, что «напечатанное заявление семейно-педагогического кружка подписано только одним Перфильевым за 136 лиц». Тем самым он отрицал, что к петиции имело отношение такое немалое количество людей.

Но, как известно, кружок довел дело до конца. Представители его немедленно выехали в Петербург, и практически сразу после этого скандала Иван Яковлевич Словцов был уволен со своего поста. Он уехал из Тюмени в Санкт-Петербург, где совсем скоро скончался…

А тюменская школа меж тем была реформирована. Требования учащихся выполнялись, в реальном училище упразднены карцеры, 7-е классы восстановлены, учащиеся свободно могли посещать театры и клубы. Это и есть тот вклад семейно-педагогического кружка в историю Тюмени, который мы так тщательно разыскивали в нашем сегодняшнем материале.

Дмитрий Падерин

Поделиться
Поделиться

    Настоящий ресурс использует сервис веб-аналитики Яндекс Метрика, предоставляемый компанией ООО «ЯНДЕКС», 119021, Россия, Москва, ул. Л. Толстого, 16 (далее — Яндекс), сервис Яндекс Метрика использует файлы «cookie» с целью сбора технических данных посетителей для обеспечения работоспособности и улучшения качества обслуживания. Продолжая использовать ресурс, Вы автоматически соглашаетесь с использованием данных технологий.

    Собранная при помощи «cookie» информация не может идентифицировать вас, однако может помочь нам улучшить работу нашего сайта. Информация об использовании вами данного сайта, собранная при помощи «cookie», будет передаваться Яндексу и храниться на серверах Яндекса в Российской Федерации.

    Вы можете отказаться от использования «cookie», выбрав соответствующие настройки в браузере.

    Подробнее о нашей политике обработки персональных данных.