Ценная награда

Дел сейчас у волонтёров много: мужики-умельцы восстанавливают старые, разбитые машины. Перебирают двигатели, переваривают кузова, перекрашивают, потом уже готовые автомобили загружают гуманитаркой и отправляют «за ленту». Занялись этим ветераны-пограничники чуть ли не с первых дней начала спецоперации.

— Видите, какие берём машины? — листает фото в телефоне Анатолий Ташбулатов.

На некоторых снимках — лишь «скелеты» от авто. Уже на соседних красуются обновлённые уазики. Промежуток в съёмке — всего-то пара недель. Волшебство рукотворное, да и только!

— Машины перед отправкой проверяем, испытываем. Бронированные, с отличной проходимостью, выдержат серьёзные нагрузки! Солдаты отклики присылают, благодарят: хорошую, надёжную технику пригоняем, — улыбается собеседник. — Конечно, в одиночку мало что сможешь. У нас команда ветеранов: крепкая, надёжная, проверенная! Нуртдин Нурылхакович Ибрагимов, председатель правления общественной организации «Ветераны-пограничники Тюменской области», вдохновляет нас на добрые дела.

За участие в этих самых добрых делах, а точнее «За помощь и поддержку воинских подразделений — участников специальной военной операции» получил Анатолий Ахметович благодарность и благодарственное письмо от ветеранских союзов Тюменской области. Самые ценные для него, уверяет, награды.

И в теории, и на практике

— Мы никого не забываем, не оставляем один на один с проблемами, — продолжает рассказ. — Понимаете, насколько важно для каждого из нас чувствовать плечо товарища?! Молодёжь к добрым делам подтягиваем. Студенты транспортного колледжа активно помогают в ремонте автомобилей, учатся заодно. Для ребят это прекрасная практика. Чем раньше с техникой общаться начинаешь, тем лучше материал усваиваешь. На себе проверил. Сам с раннего детства отцу помогал. Он тракторист, меня с собой брал часто. В шестом классе я уже на комбайне работал. Знал как таблицу умножения: чтобы такая техника из строя не вышла, 120 точек смазать надо. Каждый день, перед тем как в поле выйти.

Мальчишеское усердие не прошло незамеченным. В тот год школьнику Толе Ташбулатову по итогам уборочной вручили часы. Как сам вспоминает, красивый будильник. Его отец тогда заработал на мотоцикл «Урал».

— Мы же и учиться, и спортом заниматься успевали. Летом — футбол, зимой — хоккей, — вспоминает. — В Созоново во времена моей юности восьмилетка была, 10-11-й классы в Борках учились. Туда утром на автобусе, обратно чаще пешком. Чем не тренировка икроножных мышц? И дома управиться надо было, родителям помочь. Это сейчас водопровод есть, а тогда воду из реки таскать приходилось.

— Что заставляет срываться с места, ехать в соседнее село? — задумывается на секунду над моим вопросом. — Не сидеть же дома на диване, когда действительно можешь быть полезным. Сил и желания — вволю. Вот где пригодились мои опыт и умения. Я ведь всю жизнь за рулём продальнобойничал. Перед армией в Тюмени, на учебном комбинате, на водителя выучился.

— Знаете, сколько учился? — спрашивает, слегка прищурившись. Поняв, что нет у меня вариантов ответа, сразу выдаёт информацию: — Семь месяцев! Теорию, практику изучали. Водитель по прежним меркам должен был уметь не только баранку крутить, но и починить своё транспортное средство. СТО и шиномонтажки были у многих из нас в гараже.

Цифра в паспорте

— А служили вы где? — интересуюсь.

— Пограничник я! Так напишите, и достаточно будет, — настаивает. — Не люблю об этом говорить. Призвали меня 26 апреля 1976 года. 18 июня 1978-го демобилизовался. После армии вернулся на малую родину, в Созоново. Спустя какое-то время женился. Чего зря болтаться? На работу устроился… Сейчас времени побольше свободного стало — могу чаще бывать на заставе, в Казарово. Мы, ветераны-пограничники, встречаемся, общаемся. В школы наведываемся, для ребят мероприятия патриотические проводим: выставки всевозможные, обсуждения, тренировки… Чтобы они готовы были к службе в армии. Знали, на кого равняться. Мы росли — и с них, с фронтовиков, — кивает на стенд с фотографиями, — пример брали. На службу шли с гордостью.

— Демобилизовались в 1978 году, но вам по-прежнему, судя по всему, интересны дела армейские? — предполагаю.

— Да, я всё ещё служу, пусть теперь не живу в казарме, — согласно кивает. — И старым себя не считаю! Не зря же говорят: возраст по паспорту — всего лишь цифра.

Душевная потребность

С Анатолием Ахметовичем не случайно встретились именно в школьном музее села Созоново. Работы умельца — карандашные рисунки, модели самолётов — представлены здесь. Мальчишкам очень нравится брать в руки, изучать-рассматривать истребители.

— В моих моделях всё крутится-вертится, — демонстрирует собеседник. — Сделаны они из того, что под рукой было: куски фанеры и картона, шпатлёвка, краски, эпоксидные краски… Если голова работает, придумаешь. А дальше — дело техники, знай твори, не останавливайся. Раньше делал самолёты, кто попросит — дарил. Эти два в музей передал. Гладишь, кто-то тоже вдохновится, увлечётся — мастерить начнёт, историю изучать. На то они и мини-копии, чтобы на большие самолёты были похожи.

Одна из моделей — штурмовик Ил-2. Его в школьный музей Анатолий Ташбулатов передал в канун 75-летия Победы. Экспонат нашёл своё место на выставке: рядом с портретом и информационным стендом о Павле Степановиче Шарове, Герое Советского Союза, уроженце села Созоново. На таком штурмовике и летал в годы Великой Отечественной Шаров.

— Откуда желание делать самолётики? В детстве не наигрались? — допытываюсь.

— Сам не знаю, — пожимает плечами. — Захотелось, появилась душевная потребность — и начал думать, как и из чего можно сделать модель. Не готовый же конструктор в магазине покупать!

Однажды появилась у моего собеседника ещё одна душевная потребность — нарисовать по памяти родное село. Каким оно было в годы его детства. Взялся за карандаш — не мог, признаётся, остановиться, пока не сделал целую серию рисунков. Часть из них тоже передал в школьный музей.

— Что бы вы думали? — интригует, взяв в руки один из рисунков. — Люди-то узнают места. Безошибочно! Что рисовал, то и видят. Это же не выдумка — мои воспоминания. Вот смотрите — старая школа. Вот амбар, там гостиный двор. Да, был такой в Созоново. На задах — отчий дом, где родился и вырос. На одном из рисунков видна деревянная церковь. Увы, она сгорела. Но однажды при строительстве дома нашли два обломка колокола. Один в храм передали. Другой — в наш музей. Мне очень нравится здесь бывать. Комнатка небольшая, да каждый сантиметр площади с умом использован.

— Знаю, что и ребятишки с удовольствием сюда заглядывают. Многие и экскурсию по музею провести могут. Это дорогого стоит. Любовь к малой родине сызмальства прививать надо, — философствовал Анатолий Ташбулатов. Слушала. Соглашалась… Верно же всё сказал — и добавить нечего.