Форс-мажор для баяна с оркестром, или Тоска по перспективам завтрашней радости
Дирижёр Тюменского оркестра народных инструментов Александр Андрюшкин недавно вышел из больницы. После гипертонического криза. Взгляд потухший. Голос усталый. Говорит: «Надоело всё!» Этого «всего» накопилось много. Надлом произошёл после очередного переезда оркестра. На этот раз в Дом культуры и творчества «Торфяник».
Русское чудо
Небольшой экскурс в историю. Он необходим для того, чтобы понять, какого уровня оркестр уже несколько лет скитается по городу, словно бедный родственник. Это один из старейших коллективов Тюмени (в ноябре ему исполнится 57 лет). Его собрал и в кратчайшие сроки поднял на высоту дирижёр Леонид Беззубов (сегодня оркестр носит его имя). Первый концерт музыкантов-народников состоялся весной 1960 года на сцене драмтеатра. Но уже в 1961-м коллектив отправился на гастроли в Москву и вернулся оттуда с почетной грамотой, подписанной Дмитрием Шостаковичем. Настоящий взлёт! А оркестр-то был любительский. На домрах и балалайках играли работники фабрик, заводов, комбинатов.
Через несколько лет за дирижёрский пульт коллектива встал Александр Андрюшкин, ученик Беззубова. При нём оркестр не только не уронил планку своего мастерства, а добился ещё больших высот и получил профессиональный статус. Тюменские музыканты объехали с гастролями пол-России — от Читы до Салехарда. В Москве выступали в Колонном зале Дома союзов и Концертном зале имени Чайковского. С нашим коллективом сотрудничали легендарные личности: исполнительница русских песен Людмила Зыкина, солисты Большого театра Владислав Пьявко и миланской оперы Ла Скала Мауро Аугустини, руководитель оркестра имени Осипова Николай Калинин, знаменитый баритон Ренат Ибрагимов. Оркестр гастролировал в Польше и Югославии. В 2000 году завоевал Гран-при на фестивале «Русское чудо» в Тунисе. А его руководитель и дирижёр Александр Андрюшкин в 2002-м стал лауреатом премии Министерства культуры РФ «Душа России».
Скитания
Эти триумфы — в прошлом. Настоящее оркестра неприглядно. Будущее — неопределённо. Новое время, нацеленное на извлечение прибыли везде и во всём, основательно подрезало крылья музыкантам. В середине 2000-х они были вынуждены съехать из ДК «Железнодорожник», в котором квартировали около 30 лет. Не потянули высокую арендную плату. Оркестр приютили в ДК «Строитель». Помещение им досталось — без слёз не взглянешь! С потолка свисали лохмотья облупившейся краски, холодные стены украшала бархатная чёрная плесень, а дорогие инструменты, сценические костюмы и нотные сборники заливала через прорехи в дворцовой крыше дождевая вода. Вот в таких аварийных условиях коллектив встретил своё 50-летие.
Помню, в то время Александр Ефимович жаловался, что в городе им негде выступать. В «Строителе» они два раза в месяц играли танцевальную программу для пенсионеров. И раз в месяц давали абонементные концерты. О гастролях и думать забыли. Музыканты «кисли». И вдруг в 2009 году на них свалилась неожиданная радость. Оркестру народных инструментов предложили принять участие в проекте «Культура России», реализацией которого занимались партия «Единая Россия», областной департамент культуры и депутат Тюменской областной Думы Алексей Салмин. Коллектив впервые за несколько лет отправился в тур по южным районам региона. А потом произошло ещё одно чудо. В 2011-м при поддержке начальства от городской «культуры» оркестр снова смог перебраться в ДК «Железнодорожник».
Спокойно (в бытовом плане) музыканты прожили 5 лет. Нынче в конце лета им снова пришлось «вязать узлы» и искать приюта. Как сообщил маэстро, в «Железнодорожнике» затеяли ремонт. Оркестр попросили переехать «на время». Угол сначала нашли в институте культуры, потом перебрались в Центр науки, экологии и техники (на бывшую Станцию юных техников). Однако в преддверии сентября музыкантам опять пришлось собирать манатки.
Коллектив хотел вернуться в ДКЖ. Но поскольку дворец ведомственный, руководителю оркестра велели сначала договориться с железнодорожным начальством. Он обратился за помощью в городской комитет по культуре. Там предложили — «Торфяник»!
«Крестный ход» с балалайками
В Доме культуры и творчества, который находится в посёлке Тарманы, удивительно тёплая, почти домашняя атмосфера. Дети и молодёжь охотно посещают местные студии. Танцевальные, вокальные и хоровые коллективы в своё удовольствие занимаются творчеством. Уютно тут. И директор — человек замечательный. О Светлане Шкуриной все отзываются хорошо: доброжелательная, с душой!
Казалось бы, отличное место нашлось для измотанного переездами оркестра. В сентябре музыканты перевезли в «Торфяник» свои пожитки. А в октябре Александр Андрюшкин позвонил в «Тюменские известия» и попросил приехать. Он выглядел очень расстроенным. Вместе с дирижёром пришёл его сын Александр Андрюшкин-младший. Тоже музыкант, тоже руководитель коллектива — оркестра подводной музыки «Летучие рыбы». Сан Саныч с детства играл в оркестре русских народных инструментов. Теперь принимает участие только в больших концертах и только по личной просьбе отца.
— Вы, наверное, уже обжились? — спросила я, переступив порог репетиционного зала.
— И не собираемся, — отрезал Александр Ефимович.
Что же произошло? Неужели коллектив плохо приняли? Выяснилось: приняли замечательно! Но…
— Условий для нормальной работы нет, — сетует маэстро. — А самое страшное то, что в первые же дни наши инструменты и костюмы затопило! — Он держится за голову и стонет: — Концертный баян пострадал! А ещё концертная домра, балалайки! В городском комитете по культуре нам сказали: «Форс-мажор, лопнула труба»! Поахали, поохали…
— В «Торфянике» для хранения инструментов оркестру выделили каморку в подвальном помещении, — рассказывает Андрюшкин-младший. — Всё имущество музыканты сложили там. После потопа и просушки инструментов и костюмов в спортивном зале они их снова перенесли в то же самое сомнительное место. Перед каждой репетицией оркестрантам приходится таскать всё это на себе через несколько переходов, лестниц и этажей. После репетиции — обратно!
— «Крестный ход» два раза в неделю устраиваем, — горько иронизирует Александр Ефимович.
А его сын продолжает:
— Ужас случившегося форс-мажора в том, что ценные инструменты, которые оркестр собирал годами, изрядно пострадали. И ноты! Жуткая ситуация. Переезд не принёс ничего, кроме проблем…
— Можно ли спасти намокшие инструменты? — уточняю.
— Они и сейчас частично дееспособны, — признаёт Сан Саныч. — Играть можно и на полуразмокшем баяне. Но что это будет за музыка? Инструменты, конечно, надо чинить! У оркестра есть друзья и, я надеюсь, они помогут.
— А дальше что? Каждый день ждать очередного форс-мажора? — убитым голосом спрашивает дирижёр.
— Сдан в эксплуатацию ультрасовременный Дворец культуры «Нефтяник», — обращает внимание его сын. — Пока шла реконструкция здания, руководители областной и городской культуры не раз обещали оркестру выделить самую лучшую студию во дворце. А теперь говорят, не осталось ни одного свободного квадратного метра. Но в Тюмени есть чудесный дом — старинный, двухэтажный, напротив филармонии. В далёком 1959 году оркестр начинал свою творческую жизнь именно там — на первом этаже, где сейчас находится обувной магазин. Я слышал, у магазина как раз заканчивается срок аренды. Как было бы здорово, если бы оркестр смог туда вернуться!
— Магазин может и продлить аренду! — возражаю.
— А вдруг нет? — не теряет оптимизма Сан Саныч.
— Вот так и живём: бедно и бесперспективно! А вдруг да? А вдруг нет? — вздыхает Александр Ефимович.
— Мы о нашей беде написали депутату Алексею Салмину. Ждём ответа. В конце концов, есть же президент! Есть неравнодушные люди в российской культуре! — восклицает руководитель оркестра подводной музыки.
— Думаете, Москва займётся судьбой тюменского оркестра? — спрашиваю.
— Почему бы и нет? Пора начинать заниматься русской культурой! — уверенно заявляет Андрюшкин-младший. А старший сидит, понурив голову. Сокрушается:
— Николай Калинин ушёл из жизни. Подвижник! Генератор идей! Он неустанно пропагандировал русское искусство! Организовывал праздники и фестивали народной музыки по всей стране. Приезжал и в Тюмень. Всегда был готов прийти на помощь. Теперь опереться не на кого. Швыдкой разве что… Он, будучи министром культуры, вручал мне премию «Душа России» и говорил, что лауреатов никогда не забудут…
Под крышей душно
— Надо как-то выбираться из проблем, — решительно говорит Сан Саныч. — Не так давно Тюмень получила великолепный подарок — в городе появился симфонический оркестр. Он успешно концертирует, и мы искренне радуемся за коллег-музыкантов. — «Какая прелесть эти балалайки!» — сказал великий Чайковский больше века назад. Балалайка и сегодня является музыкальным символом России. В преддверии 60-летия со дня основания нашего коллектива предлагаем сменить статус оркестра на Государственный Русский Народный, отделив его от центра культуры и творчества «Тюмень», сделав автономным областным коллективом. Уверены, это посильная задача для бюджета нашего региона. Поверьте, коллективу тесно и душно под крышей этого центра.
— Эта контора в своё время была создана на базе нашего оркестра. Как экспериментальная, — объясняет он. — Чтобы разгрузить маэстро, помочь ему с организацией концертов, распространением афиш. А в итоге появился центр «Тюмень», почему-то вдруг ставший официальным работодателем оркестра. 10 лет в этом статусе, к сожалению, не принесли коллективу никаких положительных результатов.
— Ну, отделитесь вы от центра, дальше что? — пытаюсь понять.
— Сами со своими делами справимся! Как и раньше, до этого симбиоза, справлялись, — заявляет Сан Саныч. — Потенциал у оркестра колоссальный! Пока же самостоятельно действовать мы не можем.
— Когда мы работали в ДКЖ, у нас был зал и целый цикл абонементных концертов «Звонкие струны России». Давали по концерту в месяц! С самыми разнообразными программами! И русской, и зарубежной музыки, — вспоминает Александр Ефимович. — А с тех пор, как вошли в объединение, жить становится всё тяжелей и печальней…
— Теперь оркестр играет на танцах «Для тех, кому за…», — добавляет его сын. — Это вершина креативной деятельности центра культуры «Тюмень». А я помню, столько благодарных слушателей на концерты оркестра приходило. И в филармонию и в любой другой концертный зал! Просто нужна грамотная организация дела!
— Да-да! — подтверждает дирижёр. — В Тунисе, Югославии на наших концертах полные залы были! На выступление в Тунисе пришло более 2 тысяч человек. Стоя аплодировали!
— Нам бы транспорт! — мечтают музыканты. — Неужто в богатом городе, так устремлённом в будущее, не найдётся для коллектива автобуса и бочонка горючего? Нужна лишь небольшая поддержка! Нам кажется, оркестр заслужил её.
— Мне иногда так и хочется предложить: давайте устроим большое заграничное турне, — признаётся Андрюшкин-старший. — Увидите — музыка не знает границ, и любые политические распри забудутся под нежное пение балалаек и домр. Мы готовы взять на себя миротворческую миссию! А что? Один банк, не помню точно какой, содержал несколько коллективов. И организовывал им зарубежные гастроли. Артисты чемоданами валюту привозили! Наш опыт зарубежных гастролей показывает, что это возможно…
— Русские народные инструменты — уникальное явление! Почему город и область так спокойно относятся к прозябанию оркестра? — недоумевает Андрюшкин-младший.
— Антон Макаренко в «Педагогической поэме» писал, что самое главное для коллектива — перспектива завтрашней радости. У нашего оркестра пока нет этой перспективы, — заключает Андрюшкин-старший.
ВИА уступит место
С просьбой прокомментировать ситуацию я обратилась к директору ДКиТ «Торфяник» Светлане Шкуриной.
Александр Андрюшкин в нашей беседе о ней обмолвился: «Хорошая женщина. Всё понимает. Говорит, чем могу, помогу! Но чем она может нам помочь?»
Оказалось, может. Пока Александр Ефимович находился в больнице, Светлана Михайловна искала выход из сложившейся ситуации.
— Мы любим и уважаем Андрюшкина и его оркестр. И, конечно, рады были принять именитых музыкантов в «Торфянике», — сообщила Светлана Шкурина. — Но их переезд в начале сентября был для нас неожиданностью. Тогда для хранения инструментов мы смогли найти только маленькое подвальное помещение. В Доме культуры и творчества много детских студий, взрослых коллективов. Все уже давно на своих местах. Здание только с виду большое. Основное пространство в нём занимает концертный зал. К нашему огромному сожалению, в насосной лопнула труба, и вода через порог проникла в помещение, где хранились инструменты. Беды бы не было, если бы успели сделать стеллажи. Но не успели. Несчастье произошло, едва оркестр переехал к нам. Поверьте, нам очень жаль, что так получилось. Теперь мы приняли решение передать оркестру помещение, в котором репетировал наш вокально-инструментальный ансамбль. С ребятами поговорили, они согласились переехать в ту комнату, которую топило (сейчас там полный порядок), своё оборудование уже вынесли. А мы планируем заняться изготовлением стеллажей. Как только оркестранты определятся, какие стеллажи им нужны, приступим к делу. Новое помещение, предназначенное для оркестра, тоже находится в подвале, но выше уровнем. Его не затопит.
Александр Андрюшкин назвал эту новость радостной. Однако всё равно не считает «Торфяник» удобным местом для работы оркестра. Во-первых, необходимость таскать инструменты из подвала никуда не делась. Во-вторых, Дом культуры и творчества находится далеко от центра. И транспортное сообщение подходит не для всех музыкантов. В-третьих, переезд в «Торфяник» не решает проблему концертных выступлений и гастрольных поездок. Поэтому маэстро намерен и дальше бороться за судьбу коллектива. «Тюменские известия» будут следить за развитием событий.












Все комментарии проходят модерацию.
Причины, по которым комментарий удалят: