Почему на селе жизнь небогатая, а спина горбатая

Чтобы создать самоокупаемое крестьянское хозяйство, которое могло бы обеспечить семью всем необходимым, пахать пришлось в буквальном смысле с утра до ночи. Начинали с одного комбайна, двух тракторов и 140 гектаров пашни.

— Земля-то была брошена, её никто не обрабатывал, поэтому брать в аренду можно было сколько хочешь, — объясняет Анатолий Сергеевич.

— Я сначала была против собственного хозяйства, — признаётся его жена Алевтина Михайловна.

Хозяин громко вздыхает:

— Тогда давали технику. Бери любую! Но мы испугались долгов. А через два года рубли стали исчислять миллионами, и всем, кто обзавёлся тракторами и комбайнами, долги списали. Вот был момент, ёлки!

В конце концов страх нищеты пересилил все остальные страхи. И, как говорит, Алевтина Михайловна, пошло-поехало.

— На пенсию в наше время не проживёшь, — констатирует она. — А мы, как видите, упитанные все, голодом не ходим.

— Копаемся потихоньку, — ухмыляется Анатолий Сергеевич и ведёт нас, городских, на экскурсию.

У дома, который хозяин называет коттеджем (три комнаты, коридор и кухня!), «выставка» сельскохозяйственной техники: восемь гусеничных и пять колёсных тракторов, четыре комбайна. Почти всем машинам больше 20 лет, и вид у них, конечно, не парадный. Только два новеньких «Белоруса», приобретённых при поддержке областного департамента АПК, блестят на солнце свежей краской. При 30-процентной субсидии каждый обошёлся Долгих в 700 тысяч рублей.

— Вам бы ещё парочку импортных, — замечаем мы, осматривая технопарк.

— Хотелось бы, — хмыкает Анатолий Сергеевич. — Да где на них денег взять? Вот продавали бы у нас трактора и комбайны подешевле… как в Америке.

— Откуда вы знаете, как там в той Америке?

— Разговор идёт… Там фермерам вообще здорово помогают.

— Что же вы не участвуете в областных программах, направленных на поддержку таких, как вы, рукастых крестьян?

— Ну и сколь они помогут? — недоверчиво косится Долгих. — Спасибо уже за то, что субсидии на технику дают. Знаю, что и со скотом помогают. Но мне когда этим заниматься? Весна начинается, технику готовим, сеем. Далее посевы надо гербицидами протравить. Потом покос. Только он завершается, уже уборка подоспела.

— А зимой?

— Скот много времени отнимает, с техникой копаемся. Гараж тёплый хотели построить. Но нет ни средств, ни сил…

— Главное, чтобы здоровье было…

— О, здоровье! Вот походил с вами, и спина заболела, хоть падай. Поясница всех нас мает. От сельского хозяйства никогда не будешь богатым, только горбатым.

Сейчас фермеры готовятся к покосу. Сергей и Толя ставят новые комплекты ножей на сенокосилки.

— Торопятся, — кивает на сыновей глава крестьянского хозяйства и с лукавой улыбкой добавляет: — Я же иногда поругиваюсь на правах начальства.

Вообще-то, он гордится трудолюбивыми парнями. Знает: они не пропадут. Руки у этих молодцов растут откуда надо. Сергей — обладатель корочек механика. Толя — мастер-самоучка. Вместе с отцом они «перетрясли» всю потрёпанную ещё в колхозной жизни технику. И старые машины забегали по полю не хуже молодых.

Теперь Долгих и сыновья обрабатывают уже 650 гектаров. Сеют пшеницу, овёс, ячмень. В период страды нанимают пару работников «из родни». И впятером снимают до 30 центнеров зерна с гектара. Знатный результат!

— А по-другому нельзя, — уверяет глава семейства. — Мы ведь много скота держим. Его кормить надо. Ещё и сена больше двух тысяч тонн заготавливаем. Этого достаточно, даже остаётся. И зерна излишки есть. Сдаём в Ишиме на мелькомбинат.

— Сколько же у вас скота? — интересуемся.

— Да кто его считает! — разводит руками Анатолий Сергеевич.

Сергей, молчавший до сих пор, поднимает взгляд от сенокосилки, сурово произносит: «Нельзя считать!» И снова погружается в работу.

— Говорят, вестись не будет, — поясняет Долгих-старший. — Если навскидку: у Сергея дома около 30 голов крупного рогатого скота. Да у нас с десяток. Овец держим. Кур, индоуток. Плюс 70-80 лошадей.

— Куда вам лошадей-то столько? — удивляемся.

Сергей снова отрывается от сенокосилки: «Ездить!»

Пошутил? Лишь отчасти. Он и в самом деле опытный наездник. Нынче на Дне села принял участие в скачках. Второе место занял.

— Я с лошадьми вожусь с малых лет, — с теплотой рассказывает Анатолий Сергеевич, похлопывая по шее 8-летнего тяжеловоза Ваську. — Сережка с Толей тоже коней любят. Сейчас табун на выпасах. В ангаре только племенные жеребцы и кобылы.

Коневод вдруг понижает голос:

— Говорить-то об этом, наверное, нельзя. Ещё утащат…

Конечно, большой табун они держат не только из любви к животным. Делают бизнес. Часть лошадок откармливают и продают визитёрам из Казахстана.

— Копейку имеем, — отмечает хозяин. — Здесь никто больше коней не разводит. А коров… Витька, Серёга и Женька. Вот четверо нас и хозяйствует. На селе полно пенсионеров да ещё алкоголиков и «синих» с зоны. Работать некому.

Для Анатолия Сергеевича, Алевтины Михайловны и их сыновей село Прокутское — родное. Земля предков, которую не бросишь.

— Уезжать в город, идти в рабы к чужому дяде? Кому это нужно? — фыркает основатель фермерского хозяйства.

Правда, старшая дочь Долгих — Светлана — давно живёт в Ишиме. В селе для неё рабочего места не нашлось. Толя, младший, тоже городской. Но каждый день ездит на работу в Прокутское. У Сергея дом и «филиал» отцовской фермы в соседнем селе Нестерово. Оба сына оформлены в крестьянском хозяйстве трактористами.

— Хочу, чтобы им стаж шёл. Мне-то уж не надо, — говорит Анатолий Сергеевич.

Свой трудовой путь он начал в колхозе «Путь к коммунизму» в 9 лет — возил копны сена. Заработанные им трудодни записывали на мать. Повзрослев, Долгих выучился на зоотехника, работал в откормочнике, где «наводили тело» 1600 телят.

— Потом я ещё три колхозных автобуса изъездил, из соседних деревень возил детей в школу, — вспоминает крестьянин. — Спортсмены, коммунисты и больные тоже были моими пассажирами. Под конец работал на молоковозе. Крепкий колхоз когда-то был. 45 лет в нём отпахал. За это мне начислили пенсию 3800 рублей.

На 2 тысячи больше заработала Алевтина Михайловна, работая в детском саду воспитателем и няней. Сколько им на двоих приходится получать, считайте сами — легко можно ноги протянуть…

…Вместе они уже больше 40 лет. Познакомились в школе. Анатолий Сергеевич, глядя на жену, посмеивается:

— Я ей ещё сопливой говорил: «Будешь моей!»

— Ой, врать! — отмахивается Алевтина Михайловна.

Пока дети росли, она во всём помогала мужу. Ездила с ним и на покос, и на заготовку дров. 70 соток картофеля обрабатывала. Да ещё успевала домашнее хозяйство вести.

— Заимела сахарный диабет, — резюмирует.

Деревенская жизнь — не мёд, признаёт Алевтина Михайловна. Но в городе, по её мнению, вообще жить невозможно.

— А муж говорит: поехали в Ишим! — пеняет она благоверному.

— Только когда распсихуюсь! — оправдывается тот. — Допустим, спина болит, ноги не идут…

— Я у дочки в квартире час посижу — и мне скорее на улицу надо, — продолжает хозяйка.

— Едва в подъезд зайдёшь, уже дыхания не хватает, — подхватывает супруг. — Как люди живут?

У Анатолия Сергеевича и Алевтины Михайловны подрастают четверо внуков. Продолжат ли они крестьянскую династию? В этом дедушка с бабушкой не уверены.

— Может быть, Серёжкин Данька? — строит предположение фермер. — Ему 6 лет, он с отцом и на тракторе ездит, и на лошади…

А вот на десятилетнюю Ангелину надежды мало. Она хоть и любит деревню, не уверена, что останется в ней навсегда. У девочки есть мечта: стать… журналистом.

— Езжай, Геля, учиться! — машет мозолистой рукой дед. — Нечего тут делать…

— Вы довольны своей жизнью? — спрашиваем гостеприимных хозяев.

— Вполне, — уверяет Алевтина Михайловна. — Не жалуемся. Сами такую создали, сами и тянем её.

— Зато у нас всё своё: мясо, картошка, молоко. Натуральное! — гордо заявляет Анатолий Сергеевич. — В магазине берём только соль, сахар и фрукты. Мы — настоящие кулаки!

— Смотри, как бы не раскулачили, — подтрунивает жена.

— Тьфу-тьфу, — плюёт через левое плечо глава крестьянского хозяйства и крепким кулаком стучит по столу, уставленному деревенской, «без всякой химии», снедью…

В Тюменской области действует программа «Самообеспечение», направленная на оказание помощи малоимущим семьям и одиноким гражданам. Рассчитывать на поддержку департамента соцразвития можно в случае создания собственного дела, личного подсобного хозяйства и приобретения крупного рогатого скота. Уже сложившимся крестьянским (фермерским) хозяйствам руку помощи готовы протянуть в департаменте АПК. Здесь можно получить субсидии, например на строительство мини-фермы, а также возможность погашения части процентной ставки по кредитам и займам, взятым на развитие животноводства, растениеводства и покупку сельскохозяйственной техники.