Она, очевидец и участник событий более чем 30-летней давности, написала о временах расцвета сибирского андеграунда, вырвавшегося на простор перестроечных лет тюменского панк-рока и о тех великих и ужасных (точнее, ужасно талантливых и раскрепощённых) личностях, которые составили его славу. Книжка не велика. И собрать на неё нужно всего 120 тысяч рублей.

Светлану готов безвозмездно поддержать фотокор «Тюменских известий» и мастер книжного дизайна Павел Анущенко. Он был близок к той самой тусе и хорошо знал основных фигурантов событий. С теми, кто жив и здравствует, дружит поныне. Павел пообещал сверстать книгу, если автору будет угодно.

— Времена-то были интересные, — вспоминает он. — Тогда свобода буквально обрушилась на нас. После душных комсомольских собраний, оказавшись на ветру перемен, все просто ошалели. Я окунулся в это в 1987 году, вернувшись из армии. В то время Тюмень стала столицей панк-рока. В «Нефтянике» провели два рок-фестиваля, в которых участвовали знаменитые Егор Летов и Янка. Отвал башки по тем временам. Проводили ещё фестиваль женского рока «Сирин». И это прекрасное время длилось до начала 2000-х, когда тюменские панки повзрослели и семьями обзавелись. Вообще, произошла девальвация явления. В 1990-х неформалов было мало, и они были яркие. Таланты были видны на фоне того времени. А потом всё стало шире, всех — больше, и градус понизился, пропал интерес. Сейчас, если человек талантлив, он уезжает либо в столицу, либо за границу…

У истоков сибирского рока стоял Мирослав Немиров. Он организовал в Тюмени рок-клуб и группу «Инструкция по выживанию». Потом руководителем коллектива стал Роман Неумоев, ещё одна легендарная личность.

Из книги «Туса»: «Ромыч Неумоев с проектом «Инструкция по выживанию» стал звездой и символом сибирского андеграунда практически наравне с Летовым, записал море альбомов, издал пару книг, печатался в журналах… увлекался Кастанедой, мистикой, после с головой ушел в православие…»

Были заметными также Джаггер (Владимир Медведев), Игорь Емельянов, Игорь Бедерев и Валерий Кочнев, которые организовали группу «Центральный гастроном» и завоевали авторитет в рок-кругах. Заметим, не все неформалы тогда оставались при своих именах, у большинства тусовщиков были «погоняла»: Франц, Симмонс, Джексон, Манагер, Чёрный Лукич, Лейтенант, Лондон, Ник Рок-н-ролл… Все они — тоже легенды. Или, как говорит Рычкова, крутые реликтовые рокеры. Тем, кто о них знает, и тем, кто их помнит молодыми и задорными, и адресована её книга. Интересна она также как исторический срез региональной контркультуры.

— Меня давно просили написать книгу люди, имеющие отношение к неформальному движению, — рассказывает Светлана. — Я написала воспоминания об эпохе, о любви ко времени и людям, его наполнявшим, о безбашенной молодости и дружбе длиною в жизнь. Честно говоря, мне самой хватило бы и того, чтобы выкладывать написанное в «ВК», что я давно уже и сделала. Народ читает. Но художник Дима Созинов заявил, что ему нужна именно книжка. И поведал потрясающую историю. Он участвовал в СВО. Как-то сидел в засаде, и в его сторону прилетела мина. Бабахнуло слева. Дима успел подумать: всё — конец! А через несколько секунд понял, что живой. Жизнь спасла книжка, которая была у него с собой. Осколки мины застряли аккурат в ней…

Светлана Рычкова (творческий псевдоним Сью) — музыкант с более чем 30-летним стажем. Она играла на ударных в панк-группе «Белая горячка». По отзывам свидетелей, шикарная и весёлая была группа. Впрочем, она и сейчас существует (уже третий состав), просто творит реже, а вытворяет и того меньше. 1 ноября проекту исполнится ровно 30 лет. По этому случаю участницы группы записывают песни и планируют дать концерт.

Из книги «Туса»: «…Несмотря на то, что дамочка играла на ударных в дамской панк-группе «Белая горячка», вид имела рококошно-воздушный (и вообще всегда себя чувствовала кокоткой с полотен Буше и Фрагонара), а к нефорам — тюменским панкам её занесло… Ну а фиг знает, что за ветра дули в те времена и кого куда заносили и разносили… А времена были лихие — конец 80-х — начало 90-х…»

Своё повествование о сибирском андеграунде Рычкова заявила как альтернативу документальной книге Роберта Гараева «Слово пацана». При этом она уточняет, что Гараев провёл настоящее историческое исследование, она же писала не какую-то там серьёзную книгу, а личные воспоминания.

— Как ты попала в эту тусовку? — спрашиваю.

— Джимми Попов привёл. Это было летом 1987-го, я прогуливалась в шортиках и маечке. Джимми меня увидел и решил, что я панк. Видимо, на лбу у меня что-то такое было написано. Он стал приводить меня в компании, в рок-клуб, где на бобинах «Аквариум» гоняли, знакомить со всеми. И я с удовольствием стала тусить. Это был прорыв в свободу.

Из книги «Туса»: «…Своеобразие всех и каждого — личностность, индивидуальностность — в тусовке была просто стопроцентной. Полное пренебрежение к тюменским ценностям: накопительству, торгашеству, купеческим устоям, желанию жить сыто и добротно… Знать музыку было круче. Читать мудрёные модные книжки — того важнее… Смотреть фильмы культовых режиссеров — респект. Нефоры питались искусством и питали друг друга бесценными смыслами…»

— Из-за тусовок у тебя были сложные взаимоотношения с родителями…

— Они всегда были такими. А что ты хочешь? Мама — завуч в школе. Представляешь, что это такое для подростка? В нашей семье всё было очень строго, даже слишком. А я не хотела подчиняться. И, конечно, при первой же возможности сбежала из Заводоуковска в Тюмень, поступила в училище искусств. Конфликт поколений длился до того времени, пока у меня самой дети не родились. Только потом я начала понимать, что мои родители хорошие люди. Они помогали мне растить детей.

Из книги «Туса»: «С родителями отношения у Сью не клеились катастрофически с подросткового возраста. А когда она начала приезжать домой в нефорском прикиде, начались просто невероятные бури. Эпитетов Сью огребала всю жизнь по самое не хочу. Спросите, у кого из нефоров были нормальные отношения с предками, — единицы. Счастливые, на самом деле…»

— Самостоятельная жизнь в Тюмени была непростой…

— Да, очень неустроенной. И эта неустроенность осталась со мной на всю жизнь. Я до сих пор живу на 14 квадратах, которые купили мне родители. Сама я заработать на квартиру так и не смогла. Да и не надо. «Кельи» мне вполне хватает.

— Как родилась «Белая горячка»?

— Первым у меня был проект «Сублимация» (я же хотела стать звездой!), но он быстро захлопнулся. А в 1994 году я пошла к Кириллу Рыбьякову, лидеру рок-банды «Кооператив Ништяк», брать интервью. И вдруг три девицы, студентки университета, заваливают к нам, говорят: «У нас группа, но нет барабанщицы». А тут я сижу. Так я вошла в команду.

Из книги «Туса»: «И — понеслось. Лето 94-го. Сели — заиграли. Сдружились, будто всю жизнь только друг друга и искали — такое родство душ! Кстати, харизмы каждой из нас было не занимать: Ольга Губина — первородный хаос, успевающая все и везде, умеющая переспорить в философских дебатах самого заумного мужика. Верка Куминова — светлейший мозг, ходячий цитатник, честный и бескомпромиссный человек. К тому же именно она умела открыть банку, которую не могли открыть мужики. А к Танюхе Кузнецовой просто все бродячие псы всегда липли, кошки ее обсаживали — такой доброй души человечище, знающий к тому же все лучшие песни…»

— Кто название группе придумал?

— Рыбьяков рассказал, как стоял он однажды в очереди в ларёк за пивом. Беру, говорит, пиво, открываю и никак не могу открыть. Толпа за ним стоит, ждёт. И вдруг он замечает, что другой стороной открывашку держит. Ну всё, загрустил Кирилл, белая горячка… Вот мы эту белую горячку и утащили себе в название. Говорят, как вы лодку назовёте, так она и поплывёт. Были у некоторых товарищей мысли, не станем ли мы алкашками? А вот и нет: мы — просто ваша галлюцинация.

— В своё время ты из неформалов ушла в кришнаиты. Что произошло тогда?

— Это было в 2007 году. Я просто долго искала свой духовный путь. Однажды пришла в церковь, покрестилась. Сходила на исповедь, и было всё хорошо. А потом на причастии поп на меня наорал за то, что я одна посмела ребёнка родить. Столько всего наговорил мне! А сам весь в наколках и по фене ботает. И я сказала: «Всё! К Богородице буду ходить, к попу не пойду». Начала искать себе учителя. На 9 лет это затянулось. Сталкивалась с мистическими практиками, с меня последние деньги драли. В итоге нашла кришнаитов. Душой я до сих пор там, но правила не соблюдаю. Хотя это временно. Обязательно вернусь. Пока немного читаю молитвы. Вообще, путь из нефоров в кришнаиты вполне логичен. Сначала ты отрицаешь материальное, не принимаешь обывательство, бунтуешь против устоев мещанского общества. Так и со мной происходило, я отрицала устои, а потом приняла трансцендентальное. И это был очень плавный переход. Вполне закономерное искательство…

Из книги «Туса»: «Что такое Сью в 55? Да почти ничто. Жизнь просрана и необыкновенно при этом прекрасна! Трудно быть экстравертом, слишком открытым и ранимым, вечно вляпывающимся в разные истории. А вот и хрен с этим со всем — я есть и буду!!! В вечности, ибо и я, и все вокруг — неповторимые личности, привносящие свой опыт в копилку Боженьке. И буду стараться принимать всех и каждого, и — по барабану, что случается всяческая непруха и всё внешне катится в тартарары, потому что свет и драйв все равно однажды победят… И своих друзей я люблю до самозабвения. Моя ТУСА — это часть меня так же, как я — её часть…»

Добавим, что Светлана Рычкова зарегистрировалась на краудфандинговой платформе 11 июня. Необходимую сумму нужно собрать за 100 дней. Если читающая публика активно поддержит автора, «Туса» выйдет в июле следующего года.