Во время ультразвукового исследования, назначенного «на всякий случай», врач, не отрывая взгляда от монитора, буднично сообщила: «Так у вас же рак». Все свои последующие действия Людмила Островская вот уже 13 лет вспоминает как киноленту: кадр за кадром, кадр за кадром.

«Забота» со знаком качества

Это сегодня «Забота» имеет своеобразный знак качества — входит не только в областной реестр поставщиков социальных услуг, но и в государственный реестр некоммерческих организаций — исполнителей общественно полезных услуг, ведёт который Министерство юстиции РФ. А в декабре 2008-го, когда Людмила Островская создала организацию для работы с онкобольными, с ней, юристом, были двое — психолог и специалист по работе с инвалидами.

— После операции по поводу онкологии я год ходила по всем инстанциям, оформляя необходимые документы и положенные льготы, и у меня, юриста, не раз возникали сложности, — говорит Людмила Григорьевна. — У других людей их куда больше. Знала, что с инвалидами работает немало организаций. Но именно онкологическими больными тогда никто не занимался. И я решила создать некоммерческую организацию для помощи. Теперь мы работаем с теми, кто пришёл к нам и встал на учёт. Помощь им нужна и юридическая, и психологическая, и бытовая.

«У меня ребёнку только девять лет!»

Когда врач УЗИ прямо в лоб ударила Людмилу Островскую известием, что у неё рак, первое, что сказала пациентка: «Как? У меня же ребёнку только девять лет!» И, поднявшись с кушетки, пошла в туалет. Плакала. Рыдала. Позвонила старшему сыну, чтобы приехал за ней. Потом позвонила подруге. Та выслушала и спокойно сказала: «Перестань реветь. Мы сегодня идём с тобой в ресторан. Там и поговорим».

И ведь повела в ресторан!

— Мы посидели, обо всём поговорили, по сто грамм выпили, расслабились, и на другой день у меня снялся страх, я начала рассуждать, что нужно делать, куда пойти, с чего начать, — вспоминает Людмила Григорьевна. — Я очень сильная, чтобы выйти из сложной ситуации, мне не нужно много времени. Надо побыть одной или с самыми близкими, как моя подруга, людьми, и я быстро восстанавливаюсь.

Как истинный прагматик, она составила план действий, начала читать про свою болезнь, искать докторов, которым могла довериться.

О диагнозе узнали немногие. Никому говорить не хотела, не желала ни с кем видеться. Было непонятно, как общаться с людьми, она знала, что некоторые считают, будто рак передаётся чуть ли не воздушно-капельным путём.

Ей всегда казалось, что рак — болезнь пожилых. Мама умерла от него в 66 лет. Но в онкодиспансере Людмила увидела немало людей моложе себя, а потом и вовсе была шокирована, узнав, что и дети страдают от злокачественных опухолей.

«Споём, девчонки?»

Консервативное лечение не помогло. Перед операцией врач, которая её консультировала, внесла ясность: «Ты понимаешь, что во время операции можешь умереть?»

— Для женщины, которая болеет, ребёнок — это толчок жить, царапаться и выкарабкиваться, — уверена Людмила Григорьевна. — Я это потом, когда создала организацию, не раз видела: жить уже не может, но живёт, потому что надо ребёнка воспитывать. Этим женщины от мужчин отличаются. Когда мне сказали, что могу умереть, подумала: «Ни фига подобного! У меня ребёнок есть! Я ему нужна».

Она проснулась после восьмичасовой операции. В то лето Островская провела в стационаре два месяца. Младший сын целыми днями был предоставлен сам себе — старший работал. У неё до сих пор глаза наполняются слезами, когда рассказывает, как однажды малыш позвонил около полуночи — ему было страшно одному. Он делился своей бедой с мамой, её сердце разрывалось, так и побежала бы к ребёнку — обнять, утешить, разогнать страхи…

В палате было несколько женщин, от «номера люкс» Людмила отказалась, знала, после операции ей помогут соседки, потом ей станет легче, и она поможет другим.

— Лежим мы после всех процедур, сил нет, я спрашиваю: «Споём, девчонки?» И мы поём. Песни нас сближали, укрепляли дух. У нас был чудесный доктор — Владимир Петрович Изгейм, добрым словом его вспоминаю, царствия ему небесного, — говорит Людмила Григорьевна. — По его совету принимали красное вино терапевтическими дозами, это нас тоже обнадёживало: жить будем!

Песни песнями, но у Островской год ушёл на то, чтобы принять своё новое состояние и «освоиться» психологически.

«А я-то что кисну?»

Свою работу профсоюзного лидера ей пришлось оставить. Уже в той палате, где все вместе пели, она почувствовала, как важна поддержка. И устроилась в Тюменское отделение Всероссийского общества инвалидов, чтобы увидеть, как живут люди с особенностями здоровья, понять, как ей самой жить в новой реальности, чем заниматься, и какая от неё может быть польза.

— Когда пришла в ВОИ, там был колясочник Иван Павлов, он никогда не унывал, играл в волейбол, оказывал знаки внимания девочкам. Смотрю на него и думаю: что я-то кисну, всё уже позади! Этому человеку куда сложнее, а он живёт полной жизнью и не собирается грустить. Иван стал для меня примером, сам, не ведая того, показал, что надо принимать себя таким, какой есть, жить и помогать людям, — рассказывает Людмила Григорьевна о поворотном моменте в своей новой жизни.

Нашла единомышленников — женщин с инвалидностью по другим заболеваниям, они тоже хотели поддерживать людей. Первыми работниками в новой некоммерческой организации стали юрист, психолог и специалист по работе с инвалидами.

Вместо государства, но вместе с ним

Островская понимала, пока новорождённой «Заботы» никто не знает, надо рассказывать о ней и о цели её создания везде, где только можно. Когда Тюменская область включилась в пилотный проект по передаче социальных услуг некоммерческим организациям (НКО), «Заботу» уже знали, в ней появились социальные работники, и НКО стала одной из первых, кому доверили обслуживание тюменцев на дому. Первыми клиентами стали трое ветеранов Великой Отечественной войны. Остальных искала девушка-инвалид с вузовским дипломом социального работника — развешивала объявления, знакомилась с людьми, рассказывала про возможности «Заботы». Те, кто поверил, «принёс» деньги, которыми областной департамент соцразвития «рассчитался» с организацией.

Своей целью и задачей возглавляемая Островской организация считает реабилитацию и интеграцию в общество инвалидов с онкологическими и другими заболеваниями. И ещё занимается социокультурной, трудовой, психологической реабилитацией детей и взрослых, а также социальным обслуживанием на дому больных и одиноких людей, оказывает услуги сиделки.

Островская уверена: сначала мы работаем на имидж, потом имидж работает на нас. Шесть лет НКО добросовестно выполняла взятые на себя новые обязательства. В 2015-м государство оценило качество работы, включив в реестр НКО — исполнителей общественно полезных услуг. Выстроить работу по социальному обслуживанию на дому было непросто, за его качеством постоянно следят уполномоченные государством органы. Но всё по силам, когда ты занимаешься нужным делом, считает Людмила Островская.

Недавно Тюмень предоставила в безвозмездное пользование новое, просторное помещение на улице Олимпийской. Сейчас в штате два бухгалтера, психолог, водитель, специалисты по социальной работе, по кадрам, по работе с инвалидами, начальник агентства по обслуживанию на дому. Соцработники в основном женщины, которые ушли на пенсию из муниципальных учреждений, — здесь они могут работать неполный день, а «Забота» ценит их огромный опыт.

Решая свои задачи, «Забота» теперь даёт инвалидам возможность зарабатывать. Предприятия, которые не могут принимать людей с особенностями здоровья, по программе аренды рабочих мест передают в организацию Островской установленные государством суммы. Так появляется возможность оплачивать труд тех, кто готов трудиться согласно своей индивидуальной программе реабилитации. Уже больше ста человек трудоустроены специалистами по работе с инвалидами, соцработниками, их помощниками, спорторганизаторами.

Есть «Забота», но Островской этого мало…

Должностей у Островской море. Все — общественная нагрузка. Людмила Григорьевна сегодня заместитель председателя комиссии по здравоохранению и руководитель рабочей группы по борьбе с онкозаболеваниями Общественной палаты Тюменской области, председатель Общественного совета областного бюро МСЭ, заместитель председателя Общественного совета по независимой оценке качества условий оказания услуг при областном департаменте здравоохранения, член межрегиональной рабочей группы по правам инвалидов при прокуратуре Тюменской области, член Общественного совета при Росздравнадзоре по Тюменской области, ХМАО и ЯНАО, член комиссии по реабилитации инвалидов при Тюменской городской администрации.

Все эти должности для того, чтобы людям с особенностями здоровья жилось легче, интереснее, чтобы изжить в обществе эйджизм по отношению к ним. А ещё она учится на курсах повышения квалификации по психологии. Прошла цикл занятий по развитию СОНКО в Академии президента.

— Я получаю моральное удовлетворение, когда работаю с людьми, когда им помогаю, — признаётся Людмила Островская. — На наших встречах в «Заботе» — а мы их проводим обычно с приглашением специалистов департаментов соцразвития и здравоохранения, с выступлением доморощенных артистов и чаепитием — люди говорят искренние слова благодарности, для меня это очень ценно. Для меня важно и то, что наши сотрудники получают достойную зарплату и работают теперь в просторном помещении. Грамота от Общественной палаты за развитие гражданского общества — это тоже оценка моей работы. Знаю, мои дети мной гордятся, для них мама, которая столько перенесла, но развивается сама и помогает другим, — пример отношения к жизни.