Дом Некрасовых

Дом Некрасовых в Ялуторовске совсем не городской. Обычная деревенская изба с надворными постройками, большим огородом, на котором вырастает то, чем семья кормится всю зиму. Хозяева постарались обиходить дом по-современному: есть газовый котёл, от которого отапливаются все комнаты и баня, обустроена канализация.

Сергей делится планами: надо крышу отремонтировать, двор заасфальтировать. Он младший хозяин в доме, старший — отец Михаил Петрович. Все Некрасовы-младшие, его внуки, выписывались из роддома сюда. И хотя Татьяна с Сергеем так и не дошли до загса, были они одной семьёй, и всем троим ребятишкам Сергей дал отчество и фамилию…

15-летняя Аня и 12-летняя Юля живут в одной комнате, восьмилетний Николай с дедушкой — в другой. Самая большая комната — родительская.

Её не стало в 31 год…

Татьяна была в отпуске по уходу за ребёнком — младшему, Николаю, едва исполнился год.

Аня отдыхала в летнем лагере, Юля гостила у бабушки. Утром Сергей, как всегда, встал рано — он на стройке работал. Решил пока Татьяну не будить. Но уже и малыш проснулся.

— Я зашёл, а она у меня что-то на полу лежит. Зову её, не отвечает, — вспоминает Сергей тот страшный день. — Вызвал «скорую».

Приехавшие медики пульса не нашли. Вскрытие показало, что у 31-летней женщины была злокачественная опухоль головного мозга.

— Она часто говорила: голова болит, — рассказывает Сергей. — Иногда ночью проснусь, она на кухне сидит, свет не включает. Выпила, говорит, таблетку, сейчас пройдёт. Года четыре она так с головой маялась. Я предлагал ей обследоваться, но Татьяна по поликлиникам ходить не любила. Хотя сама в больнице работала, в прачечной.

Я остался с ребятишками, с отцом, с мамой моей. Из соцзащиты приезжали, предлагали устроить детей в учреждение, чтоб мне легче было. Я сразу отказался, у меня даже мысли такой не было: дом есть дом, тут и бабушка родная, мама моя тогда ещё жива была, и дед. Родители меня поддержали: отказываться от детей не будем.

Самое трудное

Прошло шесть лет. За это время Сергей научился многому. Бороться с дырками на одежде, например. Штопать чаще всего приходится штаны да носки у Коли — мальчишка есть мальчишка, в исследовании близлежащего мира ему всегда приходится преодолевать препятствия.

Научился Некрасов стряпать. Он и раньше мог себе еду приготовить, а теперь освоил и пироги, и торты. Первое время после смерти жены Сергею помогала его старшая сестра Елена: стирала, варила, пекла. Она-то и научила его заводить тесто.

Поднаторел Сергей в консервировании помидоров, огурцов. Сам может варенье сварить.

Вообще-то он считает, что никаких сложностей в бытовых хлопотах для мужчины нет, всему можно научиться. Только вот за одеждой для дочек в магазин ходить непросто. «Ничего я в этой моде не понимаю, — признаётся. — Себе беру то, что нужно и подошло по размеру, на моду внимания не обращаю». Поэтому у Ани, говорит отец, полный карт-бланш: выбирай что нужно. Она же и у младшей сестры главный советник.

И всё же есть проблема посерьёзнее, чем покупка девичьих нарядов. В ней Сергей признаётся сразу: «Я в то время ещё выпивал. Как Татьяны не стало, пришлось завязать, закодировался. Сам к этому пришёл: с пьянками-гулянками надо завязывать. Кроме меня, у ребятишек никого нет».

Но ему непросто, нет-нет да сорвётся: «Накапливается негатив, там проблема, тут проблема. Деньги надо то на одно, то на другое, — Сергей знает свою слабость. — Срываюсь. Мне потом стыдно и перед детьми, и перед отцом. Дети со мной перестают разговаривать. Отец ругается, он у меня строгий. Понимаю, что ни к чему хорошему это не приводит. Хочу опять к специалисту обращаться. Он мне иголки поставит, это тягу снимает. Надо только где-то три тысячи взять».

Так неожиданно и выяснилось, что самое трудное для Сергея «…как бы не сорваться, не загулять, не запить — перебороть себя. Все же вокруг гуляют».

Михаил Петрович, отец Сергея, резюмирует: «Если бы не водка, нормально бы всё было, водка-то мешает», и уходит в магазин за рыбой — семейный совет решил приготовить расстегаи.

Михаил Петрович и Эльвира

— Отец шибко строгий, не даёт в дом никаким друзьям ходить, — Сергей провожает Некрасова-старшего виноватым взглядом. — Надо, говорит, стой за оградой и разговаривай с ними. В доме чтоб никаких ни подружек, ни друзей не было. Но Эльвиру принял, она как-то сразу в нашу семью вошла, ей и за мамой ходить пришлось до последнего часа.

Михаил Петрович — огромная подмога сыну. Заработок Сергея невелик, он занимается сортировкой мусора на частном предприятии — складывает отдельно бумагу, пластик, жестяные банки и прессует их. Старший Некрасов получает пенсию и работает дворником, Сергей жалеет его, говорит, устаёт отец на жаре.

Подкопив к весне денег, Михаил Петрович купил мотоблок, вспахал вместе с сыном землю в огороде, вместе же посадили картошку. Сейчас всё больше колдует над своим стареньким автомобилем, он у него на ходу и часто выручает семью — Некрасовы ездят в лес за ягодой и грибами, выбираются на рыбалку.

Эльвира пришла в дом четыре года назад. Взяла на себя основные заботы по дому. Сразу стало легче Ане — отец признаёт, что у старшей дочки «детского-то мало чего было», многое после смерти матери на её плечи легло.

— Моя мама мне всё говорила: найди женщину, одному-то трудно. Мы с Эльвирой в соседях встретились, — рассказывает Сергей. — Оказалось, со школы знакомы, она в «Б» классе училась, я в «А». Потом она ушла на повара-кондитера учиться, а я на строителя. Коле, когда мы сошлись, шёл пятый год. До этого всё один справлялся.

У Эльвиры своих детей четверо, они с бабушкой живут, но и сюда приходят.

…Недавно Некрасовы были на кладбище, и младшие спросили: «Если наша мама здесь, то кто нам другая мама?» Сергей объяснил просто: «Настоящая мама ваша умерла, а Эльвира — она тоже ваша мама». Аня таких вопросов не задаёт, но нет-нет да и назовёт Эльвиру мамой.

Помощь соцслужб и добрых людей

Работники социальной службы Ялуторовска сразу взяли под опеку семью, в которой умерла мама. Навещают Некрасовых, поддерживают. Как только Коле исполнилось два года, ему дали путёвку в детский сад. Взяли туда и Юлю.

Дети получают бесплатные путёвки в загородные лагеря и на летнюю школьную площадку. По заявлению главы семьи выделяют денежную помощь. К школе помогают собрать ручки, тетрадки, рюкзаки.

Поддерживают Некрасовых и родственники. Сёстры покойной Татьяны привозят для детей вещи. Соседи дают Сергею подзаработать — траву скосить, огород вспахать.

Строгий папа

Сергей старается быть строгим: гулять вечером Ане разрешает до половины десятого, Юля должна быть дома в девять. Коле напоминает о необходимости повторять таблицу умножения — не хочет, чтоб мальчишка за лето забыл, чему в первом классе научился.

— Расписание у нас такое, — докладывает Сергей, — дети встают, умываются, завтракают. Посуду дочки моют по очереди: одна после завтрака, другая после обеда. Сыну только стаканы доверяем пока — тарелки у него из рук выскальзывают. С девочками летом грядки полем с утра пораньше, пока не жарко. Коля по улице бегает. В школе они у меня все хорошо учатся. Особенно Аня. Хочу, чтоб она 11 классов в школе закончила. А она уже спрашивает: может, в училище надо пойти, тяжело ведь…

Коля занимается мини-футболом. Медали первые получил, недавно кубок привез и диплом лучшего игрока, он нападающий в команде.

Летом вместе ездим по грибы-по ягоды, на рыбалку. Аня у меня рыбачка, червей копает, не боится. А Юля их боится. Если много рыбы наловим, то коптим, вялим — её все любят.

…К окончанию нашей с Сергеем беседы дети, а с ними и Эльвира, вернулись из леса, где собирали клубнику. Промокшие под дождём ребятишки, подгоняемые женщиной, быстро переоделись, и каждый занялся своим делом. А Эльвира стала очищать ягоды от чашелистиков, чтобы варить варенье.